Русский задания ЕГЭ 2026 - решать в банке задач: практика, тестовая часть

Поиск по тексту задания

Вопросы

1 вопрос

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Должно ли сопровождаться поступками, действиями желание человека изменить жизнь к лучшему?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Прокомментируйте, как в тексте раскрывается эта позиция. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, важные для понимания позиции автора (рассказчика), и поясните их. Укажите и поясните смысловую связь между приведенными примерами-иллюстрациями.

Сформулируйте и обоснуйте свое отношение к позиции автора (рассказчика) по проблеме исходного текста. Включите в обоснование пример-аргумент, опираясь на читательский, историко-культурный или жизненный опыт и не повторяя авторских суждений. (Не допускается обращение к таким жанрам, как комикс, аниме, манга, фанфик, графический роман, компьютерная игра.)

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту) или несамостоятельно, не оценивается. Если сочинение представляет собой полностью переписанный или пересказанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, такая работа оценивается 0 баллов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) В дни зимних вьюг, когда вся земля, всё на земле: дома, деревья — тряслось, выло, плакало, скука вливалась в мастерскую волною, тяжкой, как свинец, давила людей, умерщвляя в них всё живое. (2) Трезвый, Капендюхин неутомимо издевался над Ситановым, высмеивая его страсть к стихам и его несчастный роман, грязно, но безуспешно возбуждая ревность. (3)Ситанов слушал издёвки казака молча, безобидно, а иногда даже сам смеялся вместе с Капендюхиным. (4) Спали они рядом и по ночам долго шёпотом беседовали о чём-то. (5) Эти беседы не давали мне покоя: хотелось знать, о чём могут по-дружески говорить люди, так непохожие один на другого? (6)Но, когда я подходил к ним, казак ворчал: — Тебе чего надо? (7) А Ситанов точно не видел меня. (8) Но однажды они позвали меня, и казак спросил: — Максимыч, ежели бы ты был богат, что бы сделал? — (9) Книг купил бы. — (10) А ещё? — (11) Не знаю. — (12) Эх, — с досадой отвернулся от меня Капендюхин, а Ситанов спокойно сказал: — Видишь — никто не знает: ни старый, ни малый! (13) Я тебе говорю: и богатство само по себе — ни к чему! (14) Всё требует какого-нибудь приложения... (15) Я спросил: — О чём вы говорите? — (16) Спать неохота, вот и говорим, — ответил казак. (17) Позднее, прислушавшись к их беседам, я узнал, что они говорят по ночам о том же, о чём люди любят говорить и днём: о Боге, правде, счастье, о глупости и хитрости женщин, о жадности богатых и о том, что вся жизнь запутана, непонятна. (18) Я всегда слушал эти разговоры с жадностью, они меня волновали, мне нравилось, что почти все люди говорят одинаково: жизнь — плоха, надо жить лучше! (19) Но в то же время я видел, что желание жить лучше ни к чему не обязывает, ничего не изменяет в жизни мастерской, в отношениях мастеров друг ко другу. (20) Все эти речи, освещая предо мною жизнь, открывали за нею какую-то унылую пустоту, и в этой пустоте, точно соринки в воде пруда при ветре, бестолково и раздражённо плавают люди, те самые, которые говорят, что такая толкотня бессмысленна и обижает их. (21) Рассуждая много и охотно, всегда кого-нибудь судили, каялись, хвастались и, возбуждая злые ссоры из-за пустяков, крепко обижали друг друга. (22) Пытались догадаться о том, что будет с ними после смерти, а у порога мастерской, где стоял ушат для помоев, прогнила половица, из-под пола в эту сырую, гнилую, мокрую дыру несло холодом, запахом прокисшей земли, от этого мёрзли ноги; мы с Павлом затыкали эту дыру сеном и тряпками. (23) Часто говорили о том, что надо переменить половицу, а дыра становилась всё шире, во дни вьюг из неё садйло, как из трубы, люди простужались, кашляли. (24) Жестяной вертун форточки отвратительно визжал, его похабно ругали, а когда я его смазал маслом, Жихарёв, прислушавшись, сказал: — Не визжит форточка, и — стало скушней... (25) Приходя из бани, ложились в пыльные и грязные постели — грязь и скверные запахи вообще никого не возмущали. (26) Было множество дрянных мелочей, которые мешали жить, их можно было легко извести, но никто не делал этого. (27) Часто говорили: — Никто людей не жалеет, ни Бог, ни сами себя... (28) Но когда мы, я и Павел, вымыли изъеденного грязью и насекомыми, умирающего Давидова, нас подняли на смех, снимали с себя рубахи, предлагая нам обыскать их, называли банщиками и вообще издевались так, как будто мы сделали что-то позорное и очень смешное. (По М. Горькому*) * Максим Горький (настоящее имя — Алексей Максимович Пешков; 1868-1936) — русский писатель, прозаик, драматург.

2 вопрос

№31790

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Какие качества личности проявляются в подростковом возрасте?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) В житомирской гимназии мне пришлось пробыть только два года, и потом школьные связи были оборваны. (2) Только одна из них оставила во мне более глубокое воспоминание. (3) Это детская дружба с Крыштановичем. (4) С первого же дня он внушил мне симпатию. (5) Мне нравились его крутой лоб, светлые глаза, то сверкавшие шаловливым весельем, то внезапно тускневшие и заволакивавшиеся непонятным мне и загадочным выражением, спокойная самоуверенность и чувство какого-то особого превосходства, сквозившее во всех его приемах. (6) Он был года на полтора старше меня, но мне казалось почему-то, что он знает обо всех людях - учителях, учениках, своих родителях - что-то такое, чего я не знаю. (7) В нем чувствовалась хорошая натура, поставленная в какие-то тяжелые условия. (8) Порой он внезапно затуманивался, уходил в себя, и в его тускневших глазах стояло выражение затаённой печали. (9) Как будто чистая сторона детской души невольно грустила под наплывом затягивавшей ее грязи. (10) Создавалась какая-то особенная власть его надо мной, которую мы чувствовали оба. (11) Однажды Крыштанович сказал мне: — Ты все-таки славный малый, хотя еще глуп. (12) Давай завтра уйдем пораньше. — (13) Куда? — (14) Куда я поведу. (15) Пойдешь? — (16) Хорошо, только надо ведь попроситься у матери. — (17) Она не узнает. (18) Можешь сказать, что я заходил к товарищу учить уроки. (19) Я покраснел и замялся. (20) Он внимательно посмотрел на меня и повел плечами. — (21) Ты боишься соврать своей матери? — сказал он с оттенком насмешливого удивления. — (22) А я вру постоянно. (23) Ну, однако, ты мне дал слово. (24) Не сдержать слово товарищу — подлость. (25) И вот Крыштанович уверенным шагом повел меня куда-то. (26) В маленькой лавочке он купил две булки и кусок колбасы. (27) Уверенность, с какой мой товарищ делал эту покупку и расплачивался за нее серебряными деньгами, тоже импонировала мне: у меня только раз в жизни было пятнадцать копеек, и когда я шел с ними по улице, то мне казалось, что все знают об этой огромной сумме и кто-нибудь непременно затевает меня ограбить… — (28) Откуда у тебя столько денег? — спросил я у моего бойкого товарища, когда мы вышли из лавочки… — (29) А тебе какое дело? — ответил он. — (30) Ну, украл у отца… (31) Я покраснел и не знал, что сказать. (32)Мне казалось, что Крыштанович говорит это нарочно. (33) Когда я высказал это предположение, он ничего не ответил и пошел вперед. (34) Мне было жутко и приятно. (35) Детство часто беспечно проходит мимо самых тяжелых драм, но это не значит, что оно не схватывает их чутким полусознанием. (36) Я чувствовал, что в душе моего приятеля есть что-то, что он хранит про себя… (37) Все время дорогой он молчал, и на лбу его лежала легкая складка. (38) Наконец мы сели в траве. (39) Лицо его стало спокойнее. — (40) Тебе не хочется иногда уйти куда-нибудь? — спросил Крыштанович. — (41) Так, чтобы все идти, идти… (42) Мне этого не хотелось. (43) Идти — это мне нравилось, но я все-таки знал, что надо вернуться домой. (44) Эта маленькая прогулка ярко запала мне в память, быть может, потому, что рядом с нею легло смутное, но глубокое впечатление от личности моего приятеля. (45) На следующий день он не пришел на уроки, и я сидел рядом с его пустым местом, а в моей голове роились воспоминания вчерашнего и смутные вопросы. (46) Между прочим я думал и о том, кем я буду впоследствии. (47) Мне захотелось быть учителем. (48 )Я сижу на кафедре, и ко мне обращены все детские сердца, а я, в свою очередь, знаю каждое из них, вижу каждое их движение. (49) В числе учеников сидит также и Крыштанович. (50) И я знаю, что нужно сказать ему и что нужно сделать, чтобы глаза его не были так печальны, чтобы он не ругал отца сволочью и не смеялся над матерью… (51) Все это было так завлекательно, так ясно и просто, как только и бывает в мечтах или во сне. (52) И видел я это все так живо, что совершенно не заметил, как в классе стало необычайно тихо, ученики с удивлением оборачиваются на меня, на меня смотрит с кафедры старый учитель русского языка, уже третий раз окликающий меня по фамилии. (53) Он заставил повторить что-то им сказанное, рассердился и выгнал меня из класса. (54) Я вышел, все еще унося с собой продолжение моего сна наяву. (55) Но едва я устроился в нише дверей и опять отдался течению своих мыслей, как в перспективе коридора показалась рослая фигура директора. (56) Поравнявшись со мной, он остановился, кинул величавый взгляд со своей высоты и сказал свою автоматическую фразу: — Выгнан из класса? (57) Накажу тебя! (58) И затем проследовал дальше. (59) Скорее всего, через минуту он уже не узнал бы меня при встрече, но в моей памяти этот маленький эпизод остался на всю жизнь. (60) Бессмысленный окрик автомата случайно упал в душу, в первый еще раз раскрывшуюся навстречу вопросам о несовершенствах жизни и разнеженную мечтой о чем-то лучшем… (61) Впоследствии, когда я оглядывался на прошлое и пытался уловить, что именно определило мой жизненный путь, в памяти среди многих важных эпизодов неизменно вставала эта картина: длинный коридор, мальчик, прижавшийся в углублении дверей с первыми движениями разумной мечты о жизни, и огромная мундиро-автоматическая фигура со своей несложной формулой. (По В. Г. Короленко*) * Владимир Галактионович Короленко (1853-1921) — русский писатель, журналист, публицист, общественный деятель.

3 вопрос

№31795

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Есть ли в жизни счастье?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Я хочу вам рассказать, какая перемена произошла во мне в те немногие часы, пока я был в усадьбе брата. (2) Вечером, когда мы пили чай, кухарка подала к столу полную тарелку крыжовнику. (3) Это был не купленный, а собственный крыжовник, собранный в первый раз с тех пор, как были посажены кусты. (4) Мой брат засмеялся и минуту глядел на крыжовник, молча, со слезами, — он не мог говорить от волнения, потом положил в рот одну ягоду, поглядел на меня с торжеством ребёнка, который наконец получил свою любимую игрушку, и сказал: — Как вкусно! (5) И он с жадностью ел и всё повторял: — Ах, как вкусно! (6) Ты попробуй! (7) Было жёстко и кисло, но, как сказал Пушкин, «тьмы истин нам дороже нас возвышающий обман». (8) Я видел счастливого человека, заветная мечта которого осуществилась так очевидно, который достиг цели в жизни, получил то, что хотел, который довольствовался своею судьбой, самим собой. (9) К моим мыслям о человеческом счастье всегда почему-то примешивалось что-то грустное, теперь же, при виде счастливого человека, мною овладело тяжёлое чувство, близкое к отчаянию. (10) Особенно тяжело было ночью. (11) Мне постлали постель в комнате рядом со спальней брата, и мне было слышно, как он не спал и как вставал и подходил к тарелке с крыжовником и брал по ягодке. (12) Я соображал: как, в сущности, много довольных, счастливых людей! (13) Какая это подавляющая сила! (14) Вы взгляните на эту жизнь: наглость и праздность сильных, невежество и скотоподобие слабых, кругом бедность невозможная, теснота, вырождение, пьянство, лицемерие, враньё... (15) Между тем во всех домах и на улицах тишина, спокойствие; из пятидесяти тысяч живущих в городе ни одного, который бы вскрикнул, громко возмутился. (16) Мы видим тех, которые ходят на рынок за провизией, днём едят, ночью спят, которые говорят свою чепуху, женятся, старятся, благодушно тащат на кладбище своих покойников; но мы не видим и не слышим тех, которые страдают, и то, что страшно в жизни, происходит где-то за кулисами. (17) Всё тихо, спокойно, и протестует одна только немая статистика: столько-то с ума сошло, столько-то вёдер выпито, столько-то детей погибло от недоедания... (18) И такой порядок, очевидно, нужен; очевидно, счастливый чувствует себя хорошо только потому, что несчастные несут своё бремя молча, и без этого молчания счастье было бы невозможно. (19) Это общий гипноз. (20) Надо, чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком и постоянно напоминал бы стуком, что есть несчастные, что, как бы он ни был счастлив, жизнь рано или поздно покажет ему когти, стрясётся беда — болезнь, бедность, потери, и его никто не увидит и не услышит, как теперь он не видит и не слышит других. (21) Но человека с молоточком нет, счастливый живёт себе, и мелкие житейские заботы волнуют его слегка, как ветер осину, — и всё обстоит благополучно. (22) В ту ночь мне стало понятно, как я тоже был доволен и счастлив. (23) Я тоже за обедом и на охоте поучал, как жить, как веровать, как управлять народом. (24) Я тоже говорил, что ученье свет, что образование необходимо, но для простых людей пока довольно одной грамоты. (25) Свобода есть благо, говорил я, без неё нельзя, как без воздуха, но надо подождать. (26) Да, я говорил так, а теперь спрашиваю: во имя чего ждать? (27) Во имя каких соображений? (28) Мне говорят, что не всё сразу, всякая идея осуществляется в жизни постепенно, в своё время. (29) Но кто это говорит? (30) Где доказательства, что это справедливо? (31) Я, живой, мыслящий человек, стою над рвом и жду, когда он зарастёт, в то время как, может быть, я мог бы перескочить через него или построить через него мост. (32) Я уехал тогда от брата рано утром, и с тех пор для меня стало невыносимо бывать в городе. (33) Меня угнетают тишина и спокойствие, я боюсь смотреть на окна, так как для меня теперь нет более тяжёлого зрелища, как счастливое семейство, сидящее вокруг стола и пьющее чай. (34) Ах, если б я был молод! (35) Пока молоды, сильны, бодры, не уставайте делать добро! (36) Счастья нет, и не должно его быть, а если в жизни есть смысл и цель, то смысл этот и цель вовсе не в нашем счастье, а в чём-то более разумном и великом. (37) Делайте добро! (По А. П. Чехову*) * Антон Павлович Чехов (1860-1904) — русский писатель, прозаик, драматург, публицист, врач, общественный деятель.

4 вопрос

№31800

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Почему необычному человеку приходится вести отчужденное существование?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Это происходило в большой оранжерее, принадлежавшей очень странному человеку, миллионеру и нелюдиму, тратившему все свои несметные доходы на редкие и красивые цветы. (2) Тысячи различных цветов наполняли воздух оранжереи своими ароматами. (З) Другие цветы, лишённые аромата, отличались пышною красотою. (4) Но было в оранжерее одно странное растение, которое, по-видимому, ничем не могло бы обратить на себя внимание, кроме своей уродливости. (5) Прямо из корня выходили у него длинные листья, узкие, мясистые и покрытые острыми колючками. (6) Цветы никогда не показывались между ними, но зато торчал вверх длинный, прямой зелёный стержень. (7) Это растение называлось Столетником. (8) Цветы в оранжерее жили непонятной для людей жизнью. (9) Один только урод Столетник был изгнанником в этой семье. (10) Он не знал никогда ни дружбы, ни участия, ни сострадания, ни разу в продолжение многих лет ничья любовь не согрела его своим теплом. (11) И он так привык к общему презрению, что давно уже переносил его молча, затаив в глубине души острое страдание. (12) Привык он быть и постоянным предметом общих насмешек. (13) Цветы никогда не прощают своим собратьям уродливости. (14) Однажды июльским утром в теплице распустился цветок редкой кашемирской розы. (15) Со всех сторон послышались шумные возгласы восхищения: — Как хороша эта молодая Роза! (16) Как она свежа и ароматна! (17) Она будет лучшим украшением нашего общества! (18) Это наша царица. (19) И она слушала эти похвалы, стыдливая, вся рдеющая, вся облитая золотом солнца, точно настоящая царица. (20) И все цветы в виде привета наклоняли перед ней свои волшебные венчики. (21) Проснулся и несчастный Столетник, взглянул — и затрепетал от восторга. — (22) О, как ты прекрасна, Царица! — прошептал он. (23) И когда он это сказал, вся оранжерея наполнилась неудержимым смехом. — (24) Кто это? — спросила, улыбаясь, молодая Царица. — (25) Этот урод? — воскликнул Пион. — (26) Никто из нас не знает, кто он и откуда, он носит очень глупое имя — Столетник. (27) Мы только удивляемся людям, которые к нам приставлены. (28) Они ухаживают за ним гораздо больше, чем за нами. (29) Точно это какое-нибудь сокровище! (30) Так до самого полудня насмехались цветы над бедным Столетником. (31) Наконец вдали, точно рычание приближающегося зверя, послышался первый глухой раскат грома. (32) Когда перед дождём наступило мгновение томительного затишья, Роза услышала около себя слабый шёпот: — Выслушай меня, Царица. (33) Это я, несчастный Столетник, восторг которого перед твоей красотой вызвал у тебя утром улыбку. (34) Я полюбил тебя, красавица. (35) Не отвергай меня! (36) Я уродлив, но я открою тебе мою тайну. (37) В девственных лесах Америки, куда не ступала до сих пор человеческая нога, — там моя родина. (38) Раз в сто лет я расцветаю только на три часа и тотчас же погибаю. (39) От моих корней вырастают новые побеги, чтобы опять погибнуть через сто лет. (40) И вот я чувствую, что через несколько минут я должен расцвесть. (41) Не отвергай меня, красавица! (42) Для тебя одной я буду цвести и для тебя умру! (43) Но Роза не отвечала ни слова. — (44) Роза, за один только миг счастья я отдам тебе целую жизнь! (45) Неужели этого мало твоей царственной гордости? (46) Но в это мгновение гроза разразилась с такой страшной силой, что Столетник должен был замолчать. (47) Когда же перед утром кончилась гроза, то в оранжерее раздался громкий треск, точно от нескольких ружейных выстрелов. — (48) Это расцвёл Столетник, — сказал главный садовник и побежал будить владельца оранжереи, который уже две недели дожидался с нетерпением этого события. (49) Вокруг Столетника молча стояли люди, и все цветы с испугом и восхищением обернули к нему свои головы. (50) На высоком зелёном стержне Столетника расцвели пышные гроздья белоснежных цветов невиданной красоты, которые издавали чудный, неописуемый аромат, сразу наполнивший всю оранжерею. (51) Но не прошло и получаса, как цветы начали незаметно розоветь, потом они покраснели, сделались пурпурными и, наконец, почти чёрными. (52) Когда же взошло солнце, цветы Столетника один за другим завяли. (53) Вслед за ними завяли и свернулись уродливые листья, и редкое растение погибло, чтобы опять возродиться через сто лет. (54) И Царица поникла своей благоухающей головой. (По А. И. Куприну*) * Александр Иванович Куприн (1870-1938) — русский писатель, переводчик.

5 вопрос

№31805

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Какова роль просвещения народа?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Посреди кухни стоял дворник Филипп и читал наставление. (2) Его слушали лакеи, кучер, две горничные, повар, кухарка и два мальчика-поваренка, его родные дети. (3) Каждое утро он что-нибудь да проповедовал, в это же утро предметом речи его было просвещение. — (4) И живете вы все как какой-нибудь свинячий народ, — говорил он, держа в руках шапку с бляхой. — (5) Сидите вы тут сиднем и кроме невежества не видать в вас никакой цивилизации. (6) Мишка в шашки играет, Матрена орешки щелкает, Никифор зубы скалит. (7) Нешто это ум? (8) Это не от ума, а от глупости. (9) Нисколько нет в вас умственных способностей! (10)А почему? — (11) Оно действительно, Филипп Никандрыч, — заметил повар. — (12) Известно, какой в нас ум? (13) Мужицкий. (14) Нешто мы понимаем? — (15) А почему в вас нет умственных способностей? — продолжал дворник. — (16) Потому что нет у вашего брата настоящей точки. (17) И книжек вы не читаете, и насчет писаний нет у вас никакого смысла. (18) Взяли бы книжечку, сели бы себе да почитали. (19) Грамотны небось, разбираете печатное. (20) Вот ты, Миша, взял бы книжечку да прочел бы тут. (21) Тебе польза, да и другим приятность. (22) А в книжках обо всех предметах распространение. (23) Там и об естестве найдешь, и о божестве, о странах земных. (24) Что из чего делается, как разный народ на всех язы́ках. (25) И идолопоклонство тоже. (26) Обо всем в книжках найдешь, была бы охота. (27) А то сидит себе около печи, жрет да пьет. (28) Чисто как скоты неподобные! (29) Тьфу! — (30) Вам, Никандрыч, на часы пора, — заметила кухарка. — (31) Знаю. (32) Не твое дело мне указывать. (33) Вот, к примеру скажем, хоть меня взять. (34) Какое мое занятие при моем старческом возрасте? (35) Чем душу свою удовлетворить? (36) Лучше нет, как книжка или ведомости. (37) Сейчас вот пойду на часы. (38) Просижу у ворот часа три. (39) И вы думаете, зевать буду или пустяки с бабами болтать? (40) Не-ет, не таковский! (41) Возьму с собой книжечку, сяду и буду читать себе в полное удовольствие. (42) Это дело. (43) Филипп достал из шкапа истрепанную книжку и сунул ее за пазуху. — (44) Вот оно, мое занятие. (45) Сызмальства привык. (46) Ученье свет, неученье тьма — слыхали, чай? (47) То-то… (48) Филипп надел шапку, крякнул и, бормоча, вышел из кухни. (49) Он пошел за ворота, сел на скамью и нахмурился, как туча. — (50) Это не народ, а какие-то химики свинячие, — пробормотал он, всё еще думая о кухонном населении. (51) Успокоившись, он вытащил книжку, степенно вздохнул и принялся за чтение. «(52) Так написано, что лучше и не надо, — подумал он, прочитав первую страницу и покрутив головой. — (53) Умудрит же господь!» (54) Книжка была хорошая, московского издания: «Разведение корнеплодов. Нужна ли нам брюква». (55) Прочитав первые две страницы, дворник значительно покачал головой и кашлянул. — (56) Правильно написано! (57) Прочитав третью страничку, Филипп задумался. (58) Ему хотелось думать об образовании и почему-то о французах. (59) Голова у него опустилась на грудь, локти уперлись в колена. (60) Глаза прищурились. (61) И видел Филипп сон. (62) Всё, видел он, изменилось: земля та же самая, дома такие же, ворота прежние, но люди совсем не те стали. (63) Все люди мудрые, нет ни одного дурака. (64) Водовоз, и тот рассуждает: «Я, признаться, климатом очень недоволен и желаю на градусник поглядеть», а у самого в руках толстая книга. — (65) А ты почитай календарь, — говорит ему Филипп. (66) Кухарка глупа, но и она вмешивается в умные разговоры и вставляет свои замечания. (67) Филипп идет в участок, чтобы прописать жильцов, — и странно, даже в этом суровом месте говорят только об умном и везде на столах лежат книжки. (68) А вот кто-то подходит к лакею Мише, толкает его и кричит: «Ты спишь?(69) Я тебя спрашиваю: ты спишь?» — (70) На часах спишь, болван? — слышит Филипп чей-то громовый голос. — (71) Спишь, негодяй? (72) Филипп вскочил и протер глаза; перед ним стоял помощник участкового пристава1. — (73) А? (74)Спишь? (75) Я оштрафую тебя, бестия! (76) Я покажу тебе, как на часах спать! (77) Через два часа дворника потребовали в участок. (78) Потом он опять был в кухне. (79) Тут, тронутые его наставлениями, все сидели вокруг стола и слушали Мишу, который читал что-то по складам. (80) Филипп, нахмуренный, красный, подошел к Мише, ударил рукавицей по книге и сказал мрачно: — Брось! 1 Пристав — начальник местной полиции в дореволюционной России. (По А. П. Чехову*) * Антон Павлович Чехов (1860-1904) — русский писатель и драматург, классик отечественной литературы.

6 вопрос

№31810

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «В чем состоит ответственность человека перед тем, кого он называет своим другом?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Когда он звонил у своих дверей, первым звуком после колокольчика был собачий лай. (2) Он входил и раздевался в темноте. (3) А колена его ласково царапали когти собаки, и горячий язык лизал застывшую руку. (4) За ним, стуча когтями, шла собака и прыгала на кровать. (5) Когда свет зажжённой лампы наполнял комнату, взор Владимира Михайловича встречал упорный взгляд чёрных глаз собаки. — (6) Друг ты мой единственный! — говорил Владимир Михайлович и гладил чёрную блестящую шерсть. (7) Точно от полноты чувства, собака опрокидывалась на спину, скалила белые зубы и легонько ворчала, радостная и возбуждённая. (8) А он вздыхал, ласкал её. (9) Если Владимир Михайлович возвращался рано, он садился писать, и тогда собака укладывалась комочком где-нибудь на стуле возле него, изредка открывала один чёрный глаз и спросонья виляла хвостом. (10) И когда, взволнованный процессом творчества, он ходил по комнате, она следила за ним беспокойным взглядом и сильнее виляла хвостом. — (11) «Будем мы с тобой знамениты, Васюк?» — спрашивал он собаку, и та утвердительно махала хвостом. — (12) «Будем тогда печёнку есть, ладно?» (13) «Ладно», — отвечала собака. (14) Бывали дни, когда Владимир Михайлович молчал, смотрел в потолок и думал, что он сжигает свою жизнь. (15) Дрожащей рукой он хватался за холодный лоб, и слеза скользила по щеке. (16) А когда он опускал руку, она падала на другой лоб, и затуманенный слезой взгляд встречал чёрные, ласковые глаза собаки. (17) И он шептал, тронутый, утешённый: — Друг, друг мой единственный! (18) И наконец она пришла, эта неуловимая слава, и наполнила светом и жизнью пустую квартиру. (19) Радовалась и собака. (20) Ещё звонче стал её лай при встречах, когда он, её единственный друг, приходил добрый, весёлый, смеющийся, и она сама научилась смеяться. (21) А по ночам, когда Владимир Михайлович работал, собака чутко дремала возле него. — (22) Что, брат, печёнки хочешь? — спрашивал он. (23) «Хочу», — утвердительно вилял хвостом Васюк. — (24) Ну, походи, куплю. (25) Каждую ночь спрашивал он собаку о печёнке, но постоянно забывал купить её, так как голова его была полна планами новых творений и мыслями о женщине, которую он полюбил. (26) Раз только вспомнил он о печёнке, когда проходил мимо мясной лавки, а под руку с ним шла красивая женщина. (27) Он шутливо рассказывал ей о своей собаке, хвалил её ум и понятливость. (28) Немного рисуясь, он передал о том, что были ужасные, тяжёлые минуты, когда он считал собаку единственным своим другом, и, шутя, рассказал о своём обещании купить другу печёнки, когда будет счастлив… — (29) Художник! — смеясь, воскликнула она. — (30) Вы даже камни заставите говорить; а я очень не люблю собак: от них так легко заразиться. (31) Владимир Михайлович согласился, что от собаки легко можно заразиться. (32) Однажды вечером, когда Владимир Михайлович пришёл домой, Васюк не явился встречать его. (33) Тётка сказала, что собака больна. (34) Владимир Михайлович встревожился и пошёл в кухню, где на тоненькой подстилке лежала собака. «(35) Надо бы к ветеринару отвезти, а мне завтра некогда. (36) Ну, пройдёт», — подумал Владимир Михайлович. (37) Весь следующий день его не было дома. (38) Когда он вернулся, одиноко звякнул колокольчик, зашлёпали калоши, и скрипнул снимаемый крючок. (39) Напевая, Владимир Михайлович прошёл в комнату… (40) Но вдруг острой болью кольнул в сердце вопрос: а где же Васюк? (41) Стало совестно, что он забыл больную собаку. (42) На следующий день он ушёл на свидание. (43) Вернувшись домой, Владимир Михайлович вспомнил о собаке, и грудь его заныла от тёмного предчувствия. (44) Когда тётка отворила дверь, он спросил её: — Ну, что Васюк? — (45) Околел. (46) Когда Владимир Михайлович улёгся спать и в пустой квартире замолкли все звуки, он заплакал. (47) Ему было стыдно, что он целовал женщину в тот миг, когда здесь одиноко умирал тот, кто был его другом. (48) С тех пор прошло много времени. (49) Слава ушла от Владимира Михайловича. (50) Женщина покинула его. (51) Он лежал на своей кровати и шептал: — Друг, друг мой единственный… (По Л. Н. Андрееву) *Леонид Николаевич Андреев (1871–1919) — русский писатель и драматург, представитель Серебряного века русской литературы.

7 вопрос

№31815

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Благодаря чему усиливается чувство Родины в человеке?».

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме.

Объем сочинения — не менее 150 слов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1) Если бы можно было, сохраняя свой человеческий ум и сердце, обернуться в голубя или ястреба, я бы выбрал себе ястреба и после того положил бы ум свой человеческий и сердце, чтобы всех охотников обернуть в ястребов. (2) Так вот представьте себе, что это уже совершилось: мы, настоящие кровные охотники, представляем собою особое племя человекообразных ястребов. (3) Обыкновенный ястреб живёт для своего гнезда — вот и всё. (4) Но человекообразный ястреб-охотник, сохраняя в себе страсть жить для себя, живёт и для других, он является лучшим охранителем природы и защитником Родины. (5) Спросят нас: однако что же будет с голубями, если все охотники обратятся в ястребов? (6) Так спрашивают нас постоянно люди с добрым сердцем, но лишённые того сложного чувства природы, которым обладают в полной мере охотники. — (7) Не беспокойтесь, — отвечаем мы, — вспомните народное поверье, что в своём саду своих птиц ястреб не клюёт. (8) И это правда: в нашем саду мы, охотники, не убиваем и не ловим. (9) Остаётся только раскрыть, что же это такое наш лес, где мы, будучи страстными охотниками, разводим живое и обогащаем повседневно наши леса, поля, реки, моря. (10) Для того чтобы увидеть этот наш чудесный лес, где ястребы не клюют голубей, нам стоит только назвать для примера несколько имён самых страстных охотников: в науке — Миклухо-Маклай, Пржевальский, в поэзии — Тургенев, Некрасов, Лев Толстой. (11) И это выбраны только немногие из всех вершин нашей страны, не говоря уже о богатых долинах, где все прячутся от глаз в высокой траве. (12) В том-то и дело, оказывается, что ястребы, обогащённые человеческим сердцем и разумом, не разоряют, а обогащают уродья Родины. (13) Вот и ответ на вопрос мягких сердцем людей, и нам остаётся раскрыть перед начинающими охотниками, как это могли известные и неизвестные охотники свой любимый охотничий спорт сделать средством и познания, и возвеличения Родины. (14) Придёт весна воды, и, конечно, я, как все охотники, отпраздную её на местах, но весной света я всегда охочусь в большом городе и не знаю ничего прекраснее охоты за солнечным лучом, внезапно пересекающим переулок, за блестящим строем стрел, сосулек, за следами весеннего кота на крыше. (15) И особенным чудом бывает остановиться в виду замороженной водяной колонки. (16) Придёт человек с ломом, пробьёт для ведра ямку, нальёт воды и удалится. (17) А на ближайшем дереве сидит воробей, сидит и ждёт. (18) Вот человек удалился. (19) Вода в ямке ещё не замёрзла. (20) Воробей слетает в неё, купается, и брызги летят от него и радужно сверкают, а воробей торжествует. (21) Подумалось: до чего же у охотника обострено внимание к жизни природы! (22) Так как же сделать охотничий и любой другой спорт средством познания и возвеличения Родины? (23) Первое — необходимо хранить радость жизни, заключённую в чувстве охоты. (24) Второе — надо воспитать в себе то внимание, каким я мог на улице заметить воробья. (25) И третье — о дружбе не нужно заботиться: она сама собой явится, как на охоте за воробьём явился мне другой такой же охотник, когда я обрадовался зову и обратил внимание на воробья. (26) Радостью жизни, сосредоточением внимания и дружбой питали наши великие предки живущее в нас чувство Родины. (По М. М. Пришвину) Михаил Михайлович Пришвин (1873–1954) — русский и советский писатель, прозаик и публицист, военный корреспондент, путешественник, фотограф, краевед, педагог.

8 вопрос

№36588

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Какое влияние оказывает искусство на человека?»

Сформулируйте позицию автора (рассказчика) по указанной проблеме. Прокомментируйте, как в тексте раскрывается эта позиция. Включите в комментарий два примера-иллюстрации из прочитанного текста, важные для понимания позиции автора (рассказчика), и поясните их. Укажите и поясните смысловую связь между приведенными примерами-иллюстрациями. Сформулируйте и обоснуйте своё отношение к позиции автора (рассказчика) по проблеме исходного текста. Включите в обоснование пример-аргумент, опираясь на читательский, историко-культурный или жизненный опыт. (Не учитываются примеры-аргументы, источниками которых являются комикс, аниме, манга, фанфик, графический роман, компьютерная игра и другие подобные виды представления информации.)

Объём сочинения — не менее 150 слов. Работа, написанная без опоры на прочитанный текст (не по данному тексту), не оценивается. Если сочинение представляет собой полностью переписанный или пересказанный исходный текст без каких бы то ни было комментариев, то такая работа оценивается 0 баллов.

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

— (1)Наконец-то фортуна пересекает нашу дорогу, — сказал Геннисон, закрывая дверь и вешая промокшее пальто. — (2)Погода отвратительная, но в сердце моём погода хорошая. (3)Я опоздал, Джен, потому, что встретил профессора Стерса. (4)Он сообщил потрясающие новости. (5)Джен, молодая женщина с нервным выражением сурово горящих глаз, нехотя улыбнулась. — (6)Дело идёт о посещении мастерской Стерсом и ещё тремя лицами, составляющими в жюри конкурса большинство голосов. (7)Кажется, премию дадут мне. (8)Стерс сказал: «Мой милый, фигура „Женщины, возводящей ребёнка вверх по крутой тропе, с книгой в руках" имеет все шансы. (9)Это ведь ваша статуя?» (10)Я отрицал, а он докончил, ничего не выпытав от меня: «Нам она более других по душе. (11)Держите в секрете. (12)Я сообщаю вам это потому, что люблю вас и возлагаю на вас большие надежды». — (13)Что ещё сказал Стерс? — (14)Что ещё он сказал, я забыл. (15)Я помню только, что шёл домой в полусознательном состоянии и видел эти три тысячи среди небывалого радужного пейзажа. (16)Так и будет, конечно. (17)Есть слух, что хороша также работа Пунка, но моя лучше. — (18)Ледан уже представил свою работу? — (19)Ледан никогда не торопится. (20)Однако на днях он говорил мне, что опаздывать не имеет права, так как шесть его детей, мал мала меньше, тоже, вероятно, ждут премию. (21)Джен, что ты подумала? — (22)Я подумала, что, пока мы не знаем, как справился с задачей Ледан, рано нам говорить о торжестве. — (23)Милая, Ледан талантливее меня, но есть две причины, почему он не получит премии. (24)Первая: его не любят за крайнее самомнение. (25)Во-вторых, стиль его не в фаворе у людей положительных. (26)Я знаю. (27)Одним словом, Стерс ещё сказал, что моя «Женщина» — удачнейший символ науки, ведущей младенца — Человечество — к горной вершине Знания. — (28)Почему Стерс не говорил о Ледане? — (29)Не любит его, просто не любит. (30)Напряжённый разговор этот был о конкурсе, объявленном архитектурной комиссией, строящей университет в Лиссе. (31)Главный портал здания было решено украсить статуей, и за лучшую представленную работу город обещал три тысячи фунтов. (32)Победа в конкурсе позволила бы Геннисону отдохнуть от унижений и нищеты и задумать новые работы, после которых придут слава и обеспеченность. (33)За шесть месяцев работы Геннисона для конкурса эти разговоры ещё никогда не были так реальны. (34)Однако Геннисона беспокоила мысль, в которой он не мог признаться даже себе. — (35)Джен, я схожу в мастерскую, понимаешь, это не беспокойство, не зависть — я совершенно уверен в благополучном исходе дела, но... (36)В здании Школы Живописи и Ваяния в этот час вечера никого уже не было, кроме сторожа Нурса, давно знавшего Геннисона. (37)Войдя, Геннисон сказал: — Нурс, откройте, пожалуйста, я хочу ещё раз взглянуть на свою работу и, может быть, подправить кое-что. — (38)Понимаете, всего час назад получено распоряжение не пускать никого, так как завтра соберётся жюри. (39)Всё должно быть в порядке. — (40)Конечно, конечно, — подхватил Геннисон, — но, право, у меня душа не на месте, пока не посмотрю ещё раз на своё. (41)Вы меня поймите по-человечески. (42)Он вытащил золотую монету — последнюю — всё, что было у него, — и положил в нерешительную ладонь Нурса, сжав сторожу пальцы горячей рукой. (43)Сторож привёл Геннисона к темнице надежд, открыл дверь, сам стал на пороге, скептически окинув взглядом холодное, высокое помещение, где на возвышениях, покрытых зелёным сукном, виднелись неподвижные существа из воска и глины, полные той странной, преображённой жизненности, какая отличает скульптуру. (44)Два человека разно смотрели на это. (45)Нурс видел кукол, в то время как боль и душевное смятение вновь ожили в Геннисоне. (46)Нурс вышел. (47)Геннисон прошёл несколько шагов и остановился перед белой небольшой статуей, вышиной не более трёх футов. (48)Модель Ледана, которого он сразу узнал по чудесной лёгкости и простоте линий, высеченная из мрамора, стояла меж Пунком и жалким размышлением честного, трудолюбивого Пройса, давшего тупую Юнону с щитом и гербом города. (49)Ледан тоже не изумил выдумкой. (50)Всего-навсего — задумчивая фигура молодой женщины в небрежно спадающем покрывале, слегка склоняясь, чертила на песке концом ветки геометрическую фигурку. (51)Сдвинутые брови на правильном, по-женски сильном лице отражали холодную, непоколебимую уверенность, а нетерпеливо вытянутый носок стройной ноги, казалось, отбивает такт некоего мысленного расчёта, какой она производит. (52)Геннисон отступил с чувством падения и восторга. (53)«А! — сказал он, имея, наконец, мужество стать только художником. — (54)Да, это искусство. (55)Ведь это всё равно, что поймать луч. (56)Как живёт. (57)Как дышит и размышляет». (58)Тогда медленно, с сумрачным одушевлением раненого, взирающего на свою рану одновременно взглядом врача и больного, он подошёл к той «Женщине с книгой», которую сотворил сам, вручив ей все надежды на избавление. (59)Он увидел некоторую натянутость её позы. (60)Он всмотрелся в наивные недочёты, в плохо скрытое старание, которым хотел возместить отсутствие точного художественного видения. (61)Она была относительно хороша, но существенно плоха рядом с Леданом. (62)С мучением и тоской, в свете высшей справедливости, которой не изменял никогда, он признал бесспорное право Ледана делать из мрамора, не ожидая благосклонного кивка Стерса. (63)3а несколько минут Геннисон прожил вторую жизнь, после чего вывод и решение могли принять только одну, свойственную ему, форму. (64)Он взял каминные щипцы и тремя сильными ударами обратил свою модель в глину, — без слёз, без дикого смеха, без истерики, — так толково и просто, как уничтожают неудавшееся письмо. (По А. Грину*)

9 вопрос

№36907

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме исходного текста «Какова роль мамы в жизни ребёнка?»

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1)Андрей родился и рос в Калуге. (2)На окраине стоял бревенчатый просторный дом. (3)Запах смолы не выветривался, не уходил из него, хотя брёвна, из которых он был сложен, были очень старые. (4)Когда приходила весна, весь дом наполнялся запахами земли, листвы, сада. (5)Комнаты были прохладные, полы крашеные, чисто вымытые, а в раскрытые окна бежал ветер. (6)И теперь, когда Андрей стал взрослым, каждая новая весна несла ему эти незабываемые запахи его детства  — земли, травы, ветра. (7)Всё в мире открывала Андрею мать. (8)«Послушай, как тихо»,  — говорила она. (9)И он понял, что тишину можно слушать. (10)«Не зажигай света, посидим так»,  — просила она. (11)И он узнал, как хорошо посумерничать и помолчать вдвоём. (12)Однажды поздней осенью они шли по лесу, по жёлтым лесным дорожкам. (13)Только выпал первый снег  — тонкий, редкий, словно не снег, а изморось. (14)И вдруг мама сказала: — Посмотри, берёзовые листья как золотые пятаки на снегу. (15)Верно? (16)А кленовые  — как будто след птичьей лапки. (17)А вот дубовый, распластанный, погляди. — (18)Как след медведя!  — сказал Андрей. (19)Мать ответила радостным смехом: — Да, да! (20)Как будто медведь прошёл! (21)Да, видеть это, радоваться этому тоже научила его она. (22)Он не мог бы рассказать, как она воспитывала его, он и не знал, что его «воспитывают». (23)Однажды, вернувшись из школы, он сказал: — Мама, Елена Фёдоровна говорит: «Москвин, ты ведёшь себя примерно, я поручаю тебе после уроков приносить мне фамилии ребят, которые плохо ведут себя на перемене». (24)Что же мне делать? (25)Не стану я записывать. (26)Мать ответила: — Отчего же? (27)Пиши! (28)Да только всегда одну фамилию  — свою собственную. (29)Андрею стало весело  — в самом деле, как хорошо и просто она придумала. (30)А в другой раз было так. (31)Мать работала в саду  — она сама выращивала цветы: ранней весной  — незабудки, анютины глазки, летом  — розы и флоксы, осенью  — астры и георгины. (32)Вернувшись из городского сада, где он играл с ребятами в казаки-разбойники, Андрей стоял и задумчиво глядел, как, сидя на корточках, она копается в земле. (33)Оба молчали. (34)И вдруг, вскинув на него глаза, она спросила с мягкой насмешкой: — А ты не устал стоять? (35)Ему было тогда лет семь. (36)Пожалуй, никакой самый беспощадный укор не запечатлелся бы в его памяти так глубоко, как эти насмешливые слова. (37)Однажды она рассказала Андрею историю английского капитана Скотта, который открыл Южный полюс на пятнадцать дней позже норвежца Амундсена. (38)Андрея долго не оставляла мысль о том, как они шли обратно  — пятеро друзей по снежной пустыне на отяжелевших лыжах, обманутые в своей надежде, в своей мечте. (39)Подумать только: опоздать на пятнадцать дней! (40)Он видел капитана, который, лёжа в палатке, окоченевшей рукой выводил на бумаге последние слова друзьям и родным. (41)Их нашли мёртвыми. (42)Кажется, через год. (43)Они лежали так, как их застала смерть,  — обманутые, обессиленные, но не сдавшиеся. «(44)Тогда не было самолётов,  — думал Андрей.  — (45)Я бы сел на самолёт и полетел бы к ним. (46)Я приземлился бы и  — вот она, палатка, я бегу, бегу туда, ноги вязнут в снегу…» — (47)Капитан Скотт,  — говорил он дрогнувшим голосом,  — вы спасены! (48)Я советский лётчик! (49)Я прилетел за вами! — (50)Как я рад!  — отвечала за капитана Скотта мама. (51)Этот ответ казался Андрею легкомысленным, он ожидал слов более высоких, красивых, торжественных, а всё же он радовался, что она так быстро, так легко вошла в игру, не придирается, не говорит: «Тогда ещё не было советских лётчиков»,  — нет, ей ничего не надо объяснять. — (52)Помогите моим друзьям,  — говорит она.  — (53)Они вели себя мужественно! (54)Да, да! (55)Именно так должен был отвечать капитан! (56)Первое его слово не о себе  — о друзьях! (57)И Андрей давал отважным исследователям лекарства, сажал их в самолёт, и они летели высоко над бескрайней снежной равниной. (58)Проснувшись утром, Андрей слышал: — Здравствуй, милый! (59)Так говорила она и проводила рукой по его щеке. (60)И звук этого голоса он вызывал в своей памяти всякий раз, когда ему бывало трудно, уже много времени спустя после её смерти. (61)«Здравствуй!»  — это слово означало, что начинался день, что они будут вместе. (62)И сейчас, уже взрослым, увидев чашку с молоком, он вспоминал ту, белую в красных горошинах чашку, которая ждала его когда-то на кухонном столе. (63)Придя из школы, он останавливался у порога и переобувался, чтобы не наследить в комнатах. (64)И горячая плита, и потрескиванье дров, и чашка с молоком, и простое слово «Здравствуй!»  — всё это наполняло его ощущением покоя. (По Ф. А. Вигдоровой*) * Фрида Абрамовна Вигдорова (1915–1965) – советская писательница, журналист.

10 вопрос

№36926

Напишите сочинение-рассуждение по проблеме, поставленной в исходном тексте: «Какова роль родителей в воспитании детей?».

Сочинение пишите аккуратно и разборчиво, соблюдая нормы современного русского литературного языка.

(1)Ещё падёт обвинение на автора со стороны так называемых патриотов, которые спокойно сидят себе по углам и занимаются совершенно посторонними делами, накопляют себе капитальцы, устраивая судьбу свою за счёт других; но как только случится что-нибудь, по их мнению, оскорбительное для Отечества, появится какая-нибудь книга, в которой скажется иногда горькая правда, они выбегут со всех углов, как пауки, увидевшие, что запуталась в паутину муха, и подымут вдруг крики: «Да хорошо ли выводить это на свет, провозглашать об этом? (2)Ведь это всё, что ни описано здесь, это всё наше, — хорошо ли это? (3)А что скажут иностранцы? (4)Разве весело слышать дурное мнение о себе? (5)Думают, разве это не больно? (6)Думают, разве мы не патриоты?» (7)На такие мудрые замечания, особенно насчёт мнения иностранцев, признаюсь, ничего нельзя прибрать в ответ. (8)А разве вот что: жили в одном отдалённом уголке России два обитателя. (9)Один был отец семейства, по имени Кифа Мокиевич, человек нрава кроткого, проводивший жизнь халатным образом. (Ю)Семейством своим он не занимался; существование его было обращено более в умозрительную сторону и занято следующим, как он называл, философическим вопросом: «Вот, например, зверь», говорил он, ходя по комнате: «зверь родится нагишом. (И)Почему же именно нагишом? (12)Почему не так, как птица, почему не вылупливается из яйца? (13)Как, право, того: совсем не поймёшь натуры, как побольше в неё углубишься!» (14)Так мыслил обитатель Кифа Мокиевич. (15)Но не в этом ещё главное дело. (16)Другой обитатель был Мокий Кифович, родной сын его. (17)Был он то, что называют на Руси богатырь, и в то время, когда отец занимался рождением зверя, двадцатилетняя плечистая натура его так и порывалась развернуться. (18)Ни за что не умел он взяться слегка: всё или рука у кого-нибудь затрещит, или волдырь вскочит на чьём-нибудь носу. (19)В доме и в соседстве всё, от дворовой девки до дворовой собаки, бежало прочь, его завидя; даже собственную кровать в спальне изломал он в куски. (20)Таков был Мокий Кифович, а впрочем, он был доброй души. (21)Но не в этом ещё главное дело. (22)А главное дело вот в чём: «Помилуй, батюшка барин, Кифа Мокиевич, — говорила отцу и своя, и чужая дворня, — что это у тебя за Мокий Кифович? Никому нет от него покоя, такой припертень!» — (23)«Да, шаловлив, шаловлив, — говорил обыкновенно на это отец, — да ведь как быть: драться с ним поздно, да и меня же все обвинят в жестокости; а человек он честолюбивый: укори его при другом-третьем, он уймётся, да ведь гласность-то — вот беда, город узнает, назовёт его совсем собакой. (24)Что, право, думают, мне разве не больно, разве я не отец? (25)Что занимаюсь философией, да иной раз нет времени, так уж я и не отец? (26)Ан вот нет же, отец, отец, чёрт их побери, отец! (27)У меня Мокий Кифович вот тут сидит, в сердце!» (28)Тут Кифа Мокиевич бил себя весьма сильно в грудь кулаком и приходил в совершенный азарт. — (29)«Уж если он и останется собакой, так пусть же не от меня об этом узнают, пусть не я выдал его». (30)И, показав такое отеческое чувство, он оставлял Мокия Кифовича продолжать богатырские свои подвиги, а сам обращался вновь к любимому предмету, задав себе вдруг какой-нибудь подобный вопрос: «Ну, а если бы слон родился в яйце, ведь скорлупа, чай, сильно бы толста была, пушкой не прошибёшь; нужно какое-нибудь новое огнестрельное орудие выдумать». (31)Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули в конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно за обвинение со стороны некоторых горячих патриотов, до времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями на счёт сумм нежно любимого ими Отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное. (32)Но нет, не патриотизм и не первое чувство суть причины обвинений, другое под ними. (33)К чему таить слово? (34)Кто же, как не автор, должен сказать свят (35)Вы боитесь глубоко-устремлённого взора, вы страшитесь сами устремить на глубокий взор, вы любите скользнуть по всему недумающими глазами. (36)Вы посмеётесь даже от души над Чичиковым, может быть, даже похвалите автора, скажете: «Однако ж кое-что он ловко подметил, должен быть весёлого нрава человек!» (37)И после таких слов с удвоившеюся гордостью обратитесь к себе, самодовольная улыбка покажется на лице вашем, и вы прибавите: «А ведь должно согласиться, престранные и пресмешные бывают люди в некоторых провинциях, да и подлецы притом немалые!» (38)А кто из вас, полный христианского смирения, не гласно, а в тишине, один, в минуты уединённых бесед с самим собой, углубит во внутрь собственной души сей тяжёлый запрос: «А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?» (39)Да, как бы не так! (40)А вот пройди в это время мимо его какой-нибудь его же знакомый, имеющий чин ни слишком большой, ни слишком малый, он в ту же минуту толкнёт под руку своего соседа и скажет ему, чуть не фыркнув от смеха: «Смотри, смотри, вон Чичиков, Чичиков пошёл!» (41)И потом, как ребёнок, позабыв всякое приличие, должное званию и летам, побежит за ним вдогонку, поддразнивая сзади и приговаривая: «Чичиков!» (По Н.В. Гоголю*) * Николай Васильевич Гоголь (1809-1852) — великий русский писатель, драматург, критик, публицист, классик русской литературы.

Русский ЕГЭ - банк заданий - страница 584

Вопросы