История ЕГЭ - банк заданий - страница 419

Из исторического источника: «А января в 3 день прислал князь великий из Слободы ко отцу своему и богомольцу Офонасию, митрополиту всея Руси, список, а в нем писаны измены боярские и воеводские и всяких приказных людей, которые они измены делали и убытки государству его, до его государьского возрасту, после отца его, блаженной памяти…Василия Ивановича всея Руси; и царь и великий князь гнев свой положил на архиепископов, и епископов, и на архимандритов, и на детей боярских, на окольничих, и на казначеев, и на дьяков, и на игуменов, и на бояр своих и на дворецкого, и на конюшего, и на казначеев, и на85 всех приказных людей опалу свою положил в том: что при его государстве, в его государьские несвершенные лета, бояре и все приказные люди…казны его государьские истощили. Также бояре его и воеводы земли его государьские себе разбирали и другам своим государьские земли раздавали, и держали за собою бояре и воеводы поместья и вотчины великия, и жалования государьския кормленые имели, и, собрав себе великие богатства, и о государе, и о его государьстве не хотели радеть, и от недругов его Крымского и Литовского и от Немца не хотели христианство оборонять, и сами от службы начали удаляться, и за православных христиан кровопролитие против басурман, и против латинян и немцев не похотели. И царь и государь великий князь, от великие жалости сердца, не хотя их многих изменных дел терпеть, оставил свое государство и поехал там веселиться, где его, государя, Бог наставит. К гостям же, и к купцам. И ко всему православному христианству града Москвы царь и великий князь прислал грамоту, а в грамоте своей к ним писал, чтобы они себе сомнения не держали, гневу на них опалы никаких нет».

Из записок иностранца «Царь (…) правил более пятидесяти лет. Он завоевал Полоцк, Смоленск и многие другие города и крепости в семистах милях на юго-запад от города Москвы в областях Ливонии, принадлежащих польской короне; он завоевал также многие земли, города и крепости на восточных землях Ливонии и в других доминионах королей Швеции и Польши; он завоевал царства Казанское и Астраханское, пространства в две тысячи миль по обе стороны известной реки Волга и даже на юг вплоть до Каспийского моря. Он освободился от рабской дани и поборов, которые он и его предшественники ежегодно платили великому князю Скифии, хану крымских татар, посылая ему, однако, небольшую мзду, чтобы защищаться от ежегодных набегов. Он завоевал Сибирское царство. Таким образом, он расширил значительно свою державу во всех направлениях и этим укрепил свою населенную и многочисленную страну, ведущую обширную торговлю и обмен со всеми народами, представляющими разные виды товаров своих стран, так что не только увеличились его доходы и доходы короны, но и сильно обогатились его города и провинции. Столь обширны и велики стали теперь его владения, что они едва ли могли управляться одним общим правительством и должны были бы распасться на отдельные княжества и владения, однако под его единодержавной рукой монарха они остались едиными. Это привело к созданию государства, могущество которого превосходило все соседние государства, именно это было его целью, а все им задуманное осуществилось. Этот царь уменьшил неточности в их законодательстве и судебных процедурах, введя наиболее ясную и простую форму письменных законов, понятных и обязательных для каждого, так что теперь любой мог вести свое дело без адвоката, а также оспаривать незаконные поборы в царском суде без отсрочки. Этот царь установил и обнародовал единое для всех вероисповедание, учение и богослужение в церкви».

Из записок иностранца «Царь (…) правил более пятидесяти лет. Он завоевал Полоцк, Смоленск и многие другие города и крепости в семистах милях на юго-запад от города Москвы в областях Ливонии, принадлежащих польской короне; он завоевал также многие земли, города и крепости на восточных землях Ливонии и в других доминионах королей Швеции и Польши; он завоевал царства Казанское и Астраханское, пространства в две тысячи миль по обе стороны известной реки Волга и даже на юг вплоть до Каспийского моря. Он освободился от рабской дани и поборов, которые он и его предшественники ежегодно платили великому князю Скифии, хану крымских татар, посылая ему, однако, небольшую мзду, чтобы защищаться от ежегодных набегов. Он завоевал Сибирское царство. Таким образом, он расширил значительно свою державу во всех направлениях и этим укрепил свою населенную и многочисленную страну, ведущую обширную торговлю и обмен со всеми народами, представляющими разные виды товаров своих стран, так что не только увеличились его доходы и доходы короны, но и сильно обогатились его города и провинции. Столь обширны и велики стали теперь его владения, что они едва ли могли управляться одним общим правительством и должны были бы распасться на отдельные княжества и владения, однако под его единодержавной рукой монарха они остались едиными. Это привело к созданию государства, могущество которого превосходило все соседние государства, именно это было его целью, а все им задуманное осуществилось. Этот царь уменьшил неточности в их законодательстве и судебных процедурах, введя наиболее ясную и простую форму письменных законов, понятных и обязательных для каждого, так что теперь любой мог вести свое дело без адвоката, а также оспаривать незаконные поборы в царском суде без отсрочки. Этот царь установил и обнародовал единое для всех вероисповедание, учение и богослужение в церкви».

Тоя же зимы, декабря в 3 день, в неделю [3 декабря 1564 г., в воскресенье], царь и великий князь Иван Васильевич всеа Руси с своею царицею и великой княгинею Марьею и своими детьми <…> поехал с Москвы в село в Коломенское. …А генваря в 3 день прислал царь и великий князь из Слободы ко отцу своему и богомолцу к Афанасию митрополиту всеа Русии с Костянтином Дмитреевым сыном Поливанова с товарыщи да список, а в нем писаны измены боярские и воеводские и всяких приказных людей, которые они измены делали и убытки государьству его до его государьского возрасту после отца его блаженные памяти великого государя царя и великого князя Василия Ивановича всеа Руси. …и царь и гсоударство и великий князь от великие жалости сердца, не хотя их многих изменных дел терпети, оставил свое государьство и поехал, где вселитися, идеже его, государя, Бог наставит. …Также и госта и купцы и все гражане града Москвы по тому же биша челом Афонасию митрополиту всеа Руси и всему освященному собору, чтобы били челом государю царю и великому князю, чтобы над ними милость показал, государьства не оставлял и их на разхищение волком не давал, наипаче же от рук сильных избавлял; а хто будет государьских лиходеев и изменников, и они за тех не стоят и сами тех потребят. …Челобитье же государь царь и великий князь архиепископов и епископов принял на том, чтобы ему своих изменников, которые измены ему, государю, делали и в чем ему, государю, были непослушны, на тех опала своя класти, а иных казнати и животы их и статки имати; а учинити ему на своем государьстве себе опришнину, двор ему себе и на весь свой обиход учинити особной… …А учинити государю у себя в опришнине князей и дворян и детей боярских дворовых и городовых 1000 голов, и поместья им подавал в тех городех с одново, которые городы поймал в опришнину; а вотчинников и помещиков, которым не бытии в опришнине, велел ис тех городов вывести и подавати земли велел в то место в ыных городех, понеже опришнину повеле учините себе особно… Государьство же свое Московское, воинство и суд и управу и всякие дела земские, приказал ведати и делати бояром своим, которым велел бытии в земских…

Тоя же зимы, декабря в 3 день, в неделю [3 декабря 1564 г., в воскресенье], царь и великий князь Иван Васильевич всеа Руси с своею царицею и великой княгинею Марьею и своими детьми <…> поехал с Москвы в село в Коломенское. …А генваря в 3 день прислал царь и великий князь из Слободы ко отцу своему и богомолцу к Афанасию митрополиту всеа Русии с Костянтином Дмитреевым сыном Поливанова с товарыщи да список, а в нем писаны измены боярские и воеводские и всяких приказных людей, которые они измены делали и убытки государьству его до его государьского возрасту после отца его блаженные памяти великого государя царя и великого князя Василия Ивановича всеа Руси. …и царь и гсоударство и великий князь от великие жалости сердца, не хотя их многих изменных дел терпети, оставил свое государьство и поехал, где вселитися, идеже его, государя, Бог наставит. …Также и госта и купцы и все гражане града Москвы по тому же биша челом Афонасию митрополиту всеа Руси и всему освященному собору, чтобы били челом государю царю и великому князю, чтобы над ними милость показал, государьства не оставлял и их на разхищение волком не давал, наипаче же от рук сильных избавлял; а хто будет государьских лиходеев и изменников, и они за тех не стоят и сами тех потребят. …Челобитье же государь царь и великий князь архиепископов и епископов принял на том, чтобы ему своих изменников, которые измены ему, государю, делали и в чем ему, государю, были непослушны, на тех опала своя класти, а иных казнати и животы их и статки имати; а учинити ему на своем государьстве себе опришнину, двор ему себе и на весь свой обиход учинити особной… …А учинити государю у себя в опришнине князей и дворян и детей боярских дворовых и городовых 1000 голов, и поместья им подавал в тех городех с одново, которые городы поймал в опришнину; а вотчинников и помещиков, которым не бытии в опришнине, велел ис тех городов вывести и подавати земли велел в то место в ыных городех, понеже опришнину повеле учините себе особно… Государьство же свое Московское, воинство и суд и управу и всякие дела земские, приказал ведати и делати бояром своим, которым велел бытии в земских…

Из произведения древнерусской литературы: «Явился сын тьмы, родич погибели, и бесстыдно назвал себя царем, вечнопамятного царя Ивана сыном ________, утверждая, что избежал рук убийц. И попросил помощи у литовского короля, чтобы идти с воинством на Великую Россию. Король же польский и паны дали этому окаянному в помощь литовские войска, и дерзнул он бесстыдно прийти в пределы Московского государства, в грады Северские, назвав себя царем. Жители же той стороны соблазнились суетной мыслью и обезумели умом, и малодушием перевязались, и как истинного царя приняли его, и подняли меч на братьев своих, христовых воинов. Когда же принял этот окаянный скипетр и царский престол, многие из жителей царствующего града и окрестных городов и сел безошибочно узнали в нем врага Христова, расстригу Гришку Отрепьева, а не царевича ______, однако, страшась бесчисленных смертоносных пыток, не смели разоблачить его, но тайно о нем в уши христиан нашептывали. Тот же окаянный каких только бед и злобы не обрушил на Великую Россию! Святителей, над отцами начальствующих, свергнул, многих пастырей и наставников от паствы отлучил, много крови христианской пролил и, не насытившись таким бесовским ядом, взял себе в жены лютеранской веры девку Маринку. И, не устыдившись нимало и не убоявшись бессмертного бога, ввел ее, некрещеную, в соборную апостольскую церковь пресвятой Богородицы и венчал ее царским венцом. И хотел после этого разорить православную христианскую веру и святые церкви, завести костелы латинские и установить лютеранскую веру. Премилостивый же наш триединый Бог не до конца позволил этому врагу изливать всезлобный яд и вскоре расстроил бесовские его козни. И душа его мучительно исторглась из него, и позорную смерть принял он от руки правоверных»

Из произведения древнерусской литературы: «Явился сын тьмы, родич погибели, и бесстыдно назвал себя царем, вечнопамятного царя Ивана сыном ________, утверждая, что избежал рук убийц. И попросил помощи у литовского короля, чтобы идти с воинством на Великую Россию. Король же польский и паны дали этому окаянному в помощь литовские войска, и дерзнул он бесстыдно прийти в пределы Московского государства, в грады Северские, назвав себя царем. Жители же той стороны соблазнились суетной мыслью и обезумели умом, и малодушием перевязались, и как истинного царя приняли его, и подняли меч на братьев своих, христовых воинов. Когда же принял этот окаянный скипетр и царский престол, многие из жителей царствующего града и окрестных городов и сел безошибочно узнали в нем врага Христова, расстригу Гришку Отрепьева, а не царевича ______, однако, страшась бесчисленных смертоносных пыток, не смели разоблачить его, но тайно о нем в уши христиан нашептывали. Тот же окаянный каких только бед и злобы не обрушил на Великую Россию! Святителей, над отцами начальствующих, свергнул, многих пастырей и наставников от паствы отлучил, много крови христианской пролил и, не насытившись таким бесовским ядом, взял себе в жены лютеранской веры девку Маринку. И, не устыдившись нимало и не убоявшись бессмертного бога, ввел ее, некрещеную, в соборную апостольскую церковь пресвятой Богородицы и венчал ее царским венцом. И хотел после этого разорить православную христианскую веру и святые церкви, завести костелы латинские и установить лютеранскую веру. Премилостивый же наш триединый Бог не до конца позволил этому врагу изливать всезлобный яд и вскоре расстроил бесовские его козни. И душа его мучительно исторглась из него, и позорную смерть принял он от руки правоверных»

Из Хронографа «После царя и великого князя Федора Ивановича, всея Руси самодержца, принял скипетр великого русского государства шурин его (…), лукавыми кознями своими добыл престол царский великой державы Русской и самодержцем назывался. Этот государь царь и великий князь (…) во время царствования своего в Русском государстве много построил городов и монастырей, и совершил много других, хвалы достойных деяний, и взяточничество люто ненавидел, и всячески стремился во время царствования своего искоренить такие дела неблаговидные, как разбойничество и воровство, пьянство в корчмах, но не смог, однако, это осуществить. В делах воинских не отличался искусством: не пришло тому время. Не слишком хорошо владел он оружием, но имел душу светлую и прав милостивый, а особенно можем сказать, нищелюбив. Всех ведь он щедрыми дарами осыпал, не только ближних своих и сынов русских, но и далеких чужестранцев и иноплеменников. Если бы не тернии злой зависти, отчего красота добродетели его померкла, то мог бы во всем уподобиться древним царям, процветавшим всяческим благочестием. В том году… за грехи наши начался страшный голод во всей земле Русской. А начался голод тот с августа и разразился с сентября, и бесчисленное множество людей умерло от того голода. А ржи четверть покупали тогда за три рубля и более. И с этого времени начали в Москве и во всех городах русских всякое зерно четвериками покупать, а за четвериком называется восьмая доля четверти. Этими-то четвериками взяли в обычай измерять товары. А прежняя мера, которая называлась четвертью, то была четвертая часть бочки или кадки, ее же оковом называли: оковывали поверху ту кадку железным обручем, чтобы нельзя ее было укоротить, а осьминной называли восьмую часть бочки. А бочку или оков покупали за три алтына и за гривну, а если подороже, то и за пять алтын».

Из Хронографа «После царя и великого князя Федора Ивановича, всея Руси самодержца, принял скипетр великого русского государства шурин его (…), лукавыми кознями своими добыл престол царский великой державы Русской и самодержцем назывался. Этот государь царь и великий князь (…) во время царствования своего в Русском государстве много построил городов и монастырей, и совершил много других, хвалы достойных деяний, и взяточничество люто ненавидел, и всячески стремился во время царствования своего искоренить такие дела неблаговидные, как разбойничество и воровство, пьянство в корчмах, но не смог, однако, это осуществить. В делах воинских не отличался искусством: не пришло тому время. Не слишком хорошо владел он оружием, но имел душу светлую и прав милостивый, а особенно можем сказать, нищелюбив. Всех ведь он щедрыми дарами осыпал, не только ближних своих и сынов русских, но и далеких чужестранцев и иноплеменников. Если бы не тернии злой зависти, отчего красота добродетели его померкла, то мог бы во всем уподобиться древним царям, процветавшим всяческим благочестием. В том году… за грехи наши начался страшный голод во всей земле Русской. А начался голод тот с августа и разразился с сентября, и бесчисленное множество людей умерло от того голода. А ржи четверть покупали тогда за три рубля и более. И с этого времени начали в Москве и во всех городах русских всякое зерно четвериками покупать, а за четвериком называется восьмая доля четверти. Этими-то четвериками взяли в обычай измерять товары. А прежняя мера, которая называлась четвертью, то была четвертая часть бочки или кадки, ее же оковом называли: оковывали поверху ту кадку железным обручем, чтобы нельзя ее было укоротить, а осьминной называли восьмую часть бочки. А бочку или оков покупали за три алтына и за гривну, а если подороже, то и за пять алтын».

Из дневника иностранца, современника событий: «Не миновало и года, когда Самозванец двинулся прямо к Москве, укрепил свой лагерь в …. И пресек подвоз съестных припасов к столице; отряды же свои он разослал в разные места, приказав осаждать города, не сдавшиеся добровольно, и брать их силою. Таким образом, польское войско, служившее ему, расположилось в Московской земле семью лагерями: считали в нем 40 000 одних копейщиков, кроме казаков Запорожских, которых еще было более: они находились в каждом лагере и, сверх того, действуя особо в разных местах, где кому вздумалось, рассыпались по всей Московской земле, как муравьи. Москвитяне толпами стремились к Самозванцу, одни из преданности, считая его своим государем, другие из ненависти к Шуйскому, а третьи для своеволия. Было их в…лагере от 200 тысяч до 300 тысяч. Заруцкий, родом Волынец, по взятии Подолья татарами прибывший в Россию, где прославился своею храбростью, также пришел к Самозванцу и, получив от него значительный отряд москвитян, оказал ему важные услуги. После того русские крепости начали ему сдаваться: одни потому, что видели его силу и могущество, а другие потому, что в заблуждении считали его истинным Дмитрием; и уже вся Московская земля ему покорилась, исключая немногих главных городов, а именно Смоленска, Пскова, Великого Новгорода и самой Москвы. Василий Шуйский, видя, сколь силен Самозванец польским войском, и быв тесним со всех сторон, подозревал, что поляки поддержали врага его по интригам королевским, и опасался, чтобы сам король, имея в Московской земле готовое войско, не пошел на него войною. Предупреждая разрыв, Шуйский выпустил из неволи всех поляков и полек, плененных во время бунта, в числе их освободили и царицу. Узнав о том, Самозванец отправил за ними сильный отряд, чтобы воротить царицу с отцом ее, воеводой Сандомирским, в лагерь. Хотя же царица и увидела в нем не первого супруга своего, но должна была таить открытие для удержания при нем московитов».