Русский язык
1 вопрос
№31779

Среди предложений 37-45 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения и однокоренных слов. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

2 вопрос
№31781

Прочитайте текст и выполните задания 23-27.

(1) Много лет назад расхаживал я по Петрограду с липовым документом в кармане. (2) Собственность мою в ту пору составляли несколько рассказов — столь же коротких, сколь и рискованных. (3) Рассказы эти я разносил по редакциям, никому не приходило в голову читать их, а если они кому-нибудь попадались на глаза, то производили обратное действие. (4) Редактор одного из журналов выслал мне через швейцара рубль, другой редактор сказал о рукописи, что это сущая чепуха. (5) Я понял, что мне не остаётся ничего другого, как пойти к Горькому.

(6) В Петрограде издавался тогда журнал «Летопись», сумевший за несколько месяцев существования сделаться лучшим нашим ежемесячником. (7) Редактором его был Горький. (8) Я отправился к нему на Большую Монетную улицу. (9) Сердце колотилось и останавливалось.

(10) Приём должен был начаться в шесть часов. (11) Ровно в шесть дверь открылась, и вошёл Горький. (12) Посетители в приёмной разделялись на принёсших рукописи и на тех, кто ждал решения участи. (13) Горький подошёл ко второй группе. (14) В руках он держал тетради; на некоторых из них его рукой было написано больше, чем рукой автора. (15) С каждым он говорил сосредоточенно и долго, слушал собеседника с всепоглощающим жадным вниманием. (16) Мнение своё он высказывал прямо и сурово, выбирая слова, силу которых мы узнали много позже, через годы и десятилетия, когда слова эти, прошедшие в душе нашей длинный, неотвратимый путь, сделались правилом и направлением жизни. (17) Покончив с авторами, уже знакомыми ему, Горький подошёл к нам и стал собирать рукописи. (18) Мельком он взглянул на меня. (19) Дело происходило во вторник. (20) Горький взял тетрадку и сказал:

— За ответом — в пятницу.

(21) Неправдоподобно звучали тогда эти слова. (22) Обычно рукописи истлевали в редакциях по нескольку месяцев, а чаще всего вечность. (23) Я вернулся в пятницу. (24) Горький снова посмотрел на меня беглым, мгновенным взглядом и позвал в кабинет. (25) Слова, сказанные им там, решили мою судьбу.

— (26) Гвозди бывают маленькие, — сказал он, — бывают и большие — с мой палец. — (27) И он поднёс к моим глазам длинный, сильно и нежно вылепленный палец. — (28) Писательский путь усеян гвоздями, преимущественно крупного формата. (29) Ходить по ним придётся босыми ногами, крови сойдёт довольно, и с каждым годом она будет течь всё обильнее. (30) Честному человеку, честному литератору пройти по этой дороге — великая честь, на каковые нелёгкие действия я вас, сударь, и благословляю.

(31) Надо думать, в моей жизни не было часов важнее тех, которые я провёл в редакции «Летописи». (32) Выйдя оттуда, я полностью потерял физическое ощущение моего существа. (33) В тридцатиградусный, обжигающий мороз я бежал в бреду по улицам города, открытым далёкому тёмному небу, и опомнился, когда оставил за собой Чёрную Речку и Новую Деревню.

(34) Прошла половина ночи, и тогда только я вернулся в комнату, снятую накануне. (35) Я стоял в передней, чему-то улыбался и неожиданно для себя открыл дверь в столовую. (36) Семья, у которой я снял комнату, пила чай. (37) Я сознался в том, что Максим Горький обещал напечатать мои рассказы.

— (38) Я прочту вам мои рассказы, — сказал я, усаживаясь и придвигая к себе чужой стакан чая, — те рассказы, которые он обещал напечатать.

(З9) Алексей Максимович жил тогда на Кронверкском проспекте. (40) Я приносил ему всё, что писал, а писал я по одному рассказу в день (от этой системы мне пришлось впоследствии отказаться, с тем чтобы впасть в противоположную крайность). (41) Горький всё читал, всё отвергал и требовал продолжения. (42) Наконец мы оба устали, и он сказал мне глуховатым своим басом:

— С очевидностью выяснено, что ничего вы, сударь, толком не знаете, но догадываетесь о многом. (43) Ступайте посему в люди.

(44) И я проснулся на следующий день корреспондентом одной неродившейся газеты, с двумястами рублен подъёмных в кармане. (45) Газета так и не родилась, но подъёмные мне пригодились. (46) Через семь лет я сделал вторую попытку печататься и получил от него записку: «Пожалуй, можно начинать».

(47) И снова, страстно и непрерывно, стала подталкивать меня его рука. (48) Это требование — увеличивать непрестанно и во что бы то ни стало число нужных и прекрасных вещей на Земле — он предъявлял тысячам людей, им отысканных и взращённых, а через них и человечеству. (49) Им владела не ослабевавшая ни на мгновенье, невиданная, безграничная страсть к человеческому творчеству. (50) Он страдал, когда человек, от которого он ждал много, оказывался бесплоден. (51) И счастливый, он потирал руки и подмигивал миру, небу, земле, когда из искры возгоралось пламя.

(По И.Э. Бабелю*)

* Исаак Эммануилович Бабель (1894-1940) — русский советский писатель, переводчик, сценарист, драматург, журналист.

Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

3 вопрос
№31782

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.


4 вопрос
№31783

Из предложений 26-29 выпишите антонимы (антонимическую пару).

5 вопрос
№31784

Среди предложений 6-9 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

Баннер скидки
6 вопрос
№31786

Прочитайте текст и выполните задания 23-27.

(1) В дни зимних вьюг, когда вся земля, всё на земле: дома, деревья — тряслось, выло, плакало, скука вливалась в мастерскую волною, тяжкой, как свинец, давила людей, умерщвляя в них всё живое.

(2) Трезвый, Капендюхин неутомимо издевался над Ситановым, высмеивая его страсть к стихам и его несчастный роман, грязно, но безуспешно возбуждая ревность.

(3)Ситанов слушал издёвки казака молча, безобидно, а иногда даже сам смеялся вместе с Капендюхиным.

(4) Спали они рядом и по ночам долго шёпотом беседовали о чём-то.

(5) Эти беседы не давали мне покоя: хотелось знать, о чём могут по-дружески говорить люди, так непохожие один на другого? (6)Но, когда я подходил к ним, казак ворчал:

— Тебе чего надо?

(7) А Ситанов точно не видел меня.

(8) Но однажды они позвали меня, и казак спросил:

— Максимыч, ежели бы ты был богат, что бы сделал?

— (9) Книг купил бы.

— (10) А ещё?

— (11) Не знаю.

— (12) Эх, — с досадой отвернулся от меня Капендюхин, а Ситанов спокойно сказал:

— Видишь — никто не знает: ни старый, ни малый! (13) Я тебе говорю: и богатство само по себе — ни к чему! (14) Всё требует какого-нибудь приложения...

(15) Я спросил:

— О чём вы говорите?

— (16) Спать неохота, вот и говорим, — ответил казак.

(17) Позднее, прислушавшись к их беседам, я узнал, что они говорят по ночам о том же, о чём люди любят говорить и днём: о Боге, правде, счастье, о глупости и хитрости женщин, о жадности богатых и о том, что вся жизнь запутана, непонятна.

(18) Я всегда слушал эти разговоры с жадностью, они меня волновали, мне нравилось, что почти все люди говорят одинаково: жизнь — плоха, надо жить лучше! (19) Но в то же время я видел, что желание жить лучше ни к чему не обязывает, ничего не изменяет в жизни мастерской, в отношениях мастеров друг ко другу.

(20) Все эти речи, освещая предо мною жизнь, открывали за нею какую-то унылую пустоту, и в этой пустоте, точно соринки в воде пруда при ветре, бестолково и раздражённо плавают люди, те самые, которые говорят, что такая толкотня бессмысленна и обижает их.

(21) Рассуждая много и охотно, всегда кого-нибудь судили, каялись, хвастались и, возбуждая злые ссоры из-за пустяков, крепко обижали друг друга. (22) Пытались догадаться о том, что будет с ними после смерти, а у порога мастерской, где стоял ушат для помоев, прогнила половица, из-под пола в эту сырую, гнилую, мокрую дыру несло холодом, запахом прокисшей земли, от этого мёрзли ноги; мы с Павлом затыкали эту дыру сеном и тряпками. (23) Часто говорили о том, что надо переменить половицу, а дыра становилась всё шире, во дни вьюг из неё садйло, как из трубы, люди простужались, кашляли. (24) Жестяной вертун форточки отвратительно визжал, его похабно ругали, а когда я его смазал маслом, Жихарёв, прислушавшись, сказал:

— Не визжит форточка, и — стало скушней...

(25) Приходя из бани, ложились в пыльные и грязные постели — грязь и скверные запахи вообще никого не возмущали. (26) Было множество дрянных мелочей, которые мешали жить, их можно было легко извести, но никто не делал этого.

(27) Часто говорили:

— Никто людей не жалеет, ни Бог, ни сами себя...

(28) Но когда мы, я и Павел, вымыли изъеденного грязью и насекомыми, умирающего Давидова, нас подняли на смех, снимали с себя рубахи, предлагая нам обыскать их, называли банщиками и вообще издевались так, как будто мы сделали что-то позорное и очень смешное.

(По М. Горькому*)

* Максим Горький (настоящее имя — Алексей Максимович Пешков; 1868-1936) — русский писатель, прозаик, драматург.

Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.

7 вопрос
№31787

Какие из перечисленных утверждений являются верными? Укажите номера ответов.

8 вопрос
№31788

Из предложения 17  выпишите антонимы (антонимическую пару).

9 вопрос
№31789

Среди предложений 2-7 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи указательного местоимения, однокоренных слов и синонимов. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).


10 вопрос
№31791

Прочитайте текст и выполните задания 23-27.

(1) В житомирской гимназии мне пришлось пробыть только два года, и потом школьные связи были оборваны. (2) Только одна из них оставила во мне более глубокое воспоминание. (3) Это детская дружба с Крыштановичем.

(4) С первого же дня он внушил мне симпатию. (5) Мне нравились его крутой лоб, светлые глаза, то сверкавшие шаловливым весельем, то внезапно тускневшие и заволакивавшиеся непонятным мне и загадочным выражением, спокойная самоуверенность и чувство какого-то особого превосходства, сквозившее во всех его приемах. (6) Он был года на полтора старше меня, но мне казалось почему-то, что он знает обо всех людях - учителях, учениках, своих родителях - что-то такое, чего я не знаю.

(7) В нем чувствовалась хорошая натура, поставленная в какие-то тяжелые условия. (8) Порой он внезапно затуманивался, уходил в себя, и в его тускневших глазах стояло выражение затаённой печали. (9) Как будто чистая сторона детской души невольно грустила под наплывом затягивавшей ее грязи.

(10) Создавалась какая-то особенная власть его надо мной, которую мы чувствовали оба.

(11) Однажды Крыштанович сказал мне:

— Ты все-таки славный малый, хотя еще глуп. (12) Давай завтра уйдем пораньше.

— (13) Куда?

— (14) Куда я поведу. (15) Пойдешь?

— (16) Хорошо, только надо ведь попроситься у матери.

— (17) Она не узнает. (18) Можешь сказать, что я заходил к товарищу учить уроки.

(19) Я покраснел и замялся. (20) Он внимательно посмотрел на меня и повел плечами.

— (21) Ты боишься соврать своей матери? — сказал он с оттенком насмешливого удивления. — (22) А я вру постоянно. (23) Ну, однако, ты мне дал слово. (24) Не сдержать слово товарищу — подлость.

(25) И вот Крыштанович уверенным шагом повел меня куда-то. (26) В маленькой лавочке он купил две булки и кусок колбасы. (27) Уверенность, с какой мой товарищ делал эту покупку и расплачивался за нее серебряными деньгами, тоже импонировала мне: у меня только раз в жизни было пятнадцать копеек, и когда я шел с ними по улице, то мне казалось, что все знают об этой огромной сумме и кто-нибудь непременно затевает меня ограбить…

— (28) Откуда у тебя столько денег? — спросил я у моего бойкого товарища, когда мы вышли из лавочки…

— (29) А тебе какое дело? — ответил он. — (30) Ну, украл у отца…

(31) Я покраснел и не знал, что сказать. (32)Мне казалось, что Крыштанович говорит это нарочно. (33) Когда я высказал это предположение, он ничего не ответил и пошел вперед.

(34) Мне было жутко и приятно. (35) Детство часто беспечно проходит мимо самых тяжелых драм, но это не значит, что оно не схватывает их чутким полусознанием. (36) Я чувствовал, что в душе моего приятеля есть что-то, что он хранит про себя… (37) Все время дорогой он молчал, и на лбу его лежала легкая складка.

(38) Наконец мы сели в траве. (39) Лицо его стало спокойнее.

— (40) Тебе не хочется иногда уйти куда-нибудь? — спросил Крыштанович. — (41) Так, чтобы все идти, идти…

(42) Мне этого не хотелось. (43) Идти — это мне нравилось, но я все-таки знал, что надо вернуться домой.

(44) Эта маленькая прогулка ярко запала мне в память, быть может, потому, что рядом с нею легло смутное, но глубокое впечатление от личности моего приятеля. (45) На следующий день он не пришел на уроки, и я сидел рядом с его пустым местом, а в моей голове роились воспоминания вчерашнего и смутные вопросы. (46) Между прочим я думал и о том, кем я буду впоследствии. (47) Мне захотелось быть учителем.

(48 )Я сижу на кафедре, и ко мне обращены все детские сердца, а я, в свою очередь, знаю каждое из них, вижу каждое их движение. (49) В числе учеников сидит также и Крыштанович. (50) И я знаю, что нужно сказать ему и что нужно сделать, чтобы глаза его не были так печальны, чтобы он не ругал отца сволочью и не смеялся над матерью…

(51) Все это было так завлекательно, так ясно и просто, как только и бывает в мечтах или во сне. (52) И видел я это все так живо, что совершенно не заметил, как в классе стало необычайно тихо, ученики с удивлением оборачиваются на меня, на меня смотрит с кафедры старый учитель русского языка, уже третий раз окликающий меня по фамилии. (53) Он заставил повторить что-то им сказанное, рассердился и выгнал меня из класса.

(54) Я вышел, все еще унося с собой продолжение моего сна наяву. (55) Но едва я устроился в нише дверей и опять отдался течению своих мыслей, как в перспективе коридора показалась рослая фигура директора. (56) Поравнявшись со мной, он остановился, кинул величавый взгляд со своей высоты и сказал свою автоматическую фразу:

— Выгнан из класса? (57) Накажу тебя!

(58) И затем проследовал дальше. (59) Скорее всего, через минуту он уже не узнал бы меня при встрече, но в моей памяти этот маленький эпизод остался на всю жизнь. (60) Бессмысленный окрик автомата случайно упал в душу, в первый еще раз раскрывшуюся навстречу вопросам о несовершенствах жизни и разнеженную мечтой о чем-то лучшем… (61) Впоследствии, когда я оглядывался на прошлое и пытался уловить, что именно определило мой жизненный путь, в памяти среди многих важных эпизодов неизменно вставала эта картина: длинный коридор, мальчик, прижавшийся в углублении дверей с первыми движениями разумной мечты о жизни, и огромная мундиро-автоматическая фигура со своей несложной формулой.

(По В. Г. Короленко*)

* Владимир Галактионович Короленко (1853-1921) — русский писатель, журналист, публицист, общественный деятель.

 Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.