Русский ЕГЭ - банк заданий - страница 461
Вопросы
Укажите цифру(-ы), на месте которой(-ых) должна(-ы) стоять запятая(-ые).
На берегах речки Гусь появился стекольный завод (1) хотя в 1747 году вышел указ Сената (2) который (3) запрещал строить промышленные предприятия на расстоянии 200 верст вокруг Москвы (4) чтобы предотвратить массовую вырубку лесов (5) так что хозяин стекольно-хрустального завода Аким Мальцов в 1756 году был вынужден перевести своё производство на речку Гусь в село Никулино.
Прочитайте текст и выполните задания 23-27.
— (1)Наконец-то фортуна пересекает нашу дорогу, — сказал Геннисон, закрывая дверь и вешая промокшее пальто. — (2)Погода отвратительная, но в сердце моём погода хорошая. (3)Я опоздал, Джен, потому, что встретил профессора Стерса. (4)Он сообщил потрясающие новости.
(5)Джен, молодая женщина с нервным выражением сурово горящих глаз, нехотя улыбнулась.
— (6)Дело идёт о посещении мастерской Стерсом и ещё тремя лицами, составляющими в жюри конкурса большинство голосов. (7)Кажется, премию дадут мне. (8)Стерс сказал: «Мой милый, фигура „Женщины, возводящей ребёнка вверх по крутой тропе, с книгой в руках" имеет все шансы. (9)Это ведь ваша статуя?» (10)Я отрицал, а он докончил, ничего не выпытав от меня: «Нам она более других по душе. (11)Держите в секрете. (12)Я сообщаю вам это потому, что люблю вас и возлагаю на вас большие надежды».
— (13)Что ещё сказал Стерс?
— (14)Что ещё он сказал, я забыл. (15)Я помню только, что шёл домой в полусознательном состоянии и видел эти три тысячи среди небывалого радужного пейзажа. (16)Так и будет, конечно. (17)Есть слух, что хороша также работа Пунка, но моя лучше.
— (18)Ледан уже представил свою работу?
— (19)Ледан никогда не торопится. (20)Однако на днях он говорил мне, что опаздывать не имеет права, так как шесть его детей, мал мала меньше, тоже, вероятно, ждут премию. (21)Джен, что ты подумала?
— (22)Я подумала, что, пока мы не знаем, как справился с задачей Ледан, рано нам говорить о торжестве.
— (23)Милая, Ледан талантливее меня, но есть две причины, почему он не получит премии. (24)Первая: его не любят за крайнее самомнение. (25)Во-вторых, стиль его не в фаворе у людей положительных. (26)Я знаю. (27)Одним словом, Стерс ещё сказал, что моя «Женщина» — удачнейший символ науки, ведущей младенца — Человечество — к горной вершине Знания.
— (28)Почему Стерс не говорил о Ледане?
— (29)Не любит его, просто не любит.
(30)Напряжённый разговор этот был о конкурсе, объявленном архитектурной комиссией, строящей университет в Лиссе. (31)Главный портал здания было решено украсить статуей, и за лучшую представленную работу город обещал три тысячи фунтов. (32)Победа в конкурсе позволила бы Геннисону отдохнуть от унижений и нищеты и задумать новые работы, после которых придут слава и обеспеченность. (33)За шесть месяцев работы Геннисона для конкурса эти разговоры ещё никогда не были так реальны.
(34)Однако Геннисона беспокоила мысль, в которой он не мог признаться даже себе.
— (35)Джен, я схожу в мастерскую, понимаешь, это не беспокойство, не зависть — я совершенно уверен в благополучном исходе дела, но...
(36)В здании Школы Живописи и Ваяния в этот час вечера никого уже не было, кроме сторожа Нурса, давно знавшего Геннисона. (37)Войдя, Геннисон сказал:
— Нурс, откройте, пожалуйста, я хочу ещё раз взглянуть на свою работу и, может быть, подправить кое-что.
— (38)Понимаете, всего час назад получено распоряжение не пускать никого, так как завтра соберётся жюри. (39)Всё должно быть в порядке.
— (40)Конечно, конечно, — подхватил Геннисон, — но, право, у меня душа не на месте, пока не посмотрю ещё раз на своё. (41)Вы меня поймите по-человечески.
(42)Он вытащил золотую монету — последнюю — всё, что было у него, — и положил в нерешительную ладонь Нурса, сжав сторожу пальцы горячей рукой.
(43)Сторож привёл Геннисона к темнице надежд, открыл дверь, сам стал на пороге, скептически окинув взглядом холодное, высокое помещение, где на возвышениях, покрытых зелёным сукном, виднелись неподвижные существа из воска и глины, полные той странной, преображённой жизненности, какая отличает скульптуру. (44)Два человека разно смотрели на это. (45)Нурс видел кукол, в то время как боль и душевное смятение вновь ожили в Геннисоне.
(46)Нурс вышел.
(47)Геннисон прошёл несколько шагов и остановился перед белой небольшой статуей, вышиной не более трёх футов. (48)Модель Ледана, которого он сразу узнал по чудесной лёгкости и простоте линий, высеченная из мрамора, стояла меж Пунком и жалким размышлением честного, трудолюбивого Пройса, давшего тупую Юнону с щитом и гербом города. (49)Ледан тоже не изумил выдумкой. (50)Всего-навсего — задумчивая фигура молодой женщины в небрежно спадающем покрывале, слегка склоняясь, чертила на песке концом ветки геометрическую фигурку. (51)Сдвинутые брови на правильном, по-женски сильном лице отражали холодную, непоколебимую уверенность, а нетерпеливо вытянутый носок стройной ноги, казалось, отбивает такт некоего мысленного расчёта, какой она производит.
(52)Геннисон отступил с чувством падения и восторга. (53)«А! — сказал он, имея, наконец, мужество стать только художником. — (54)Да, это искусство. (55)Ведь это всё равно, что поймать луч. (56)Как живёт. (57)Как дышит и размышляет».
(58)Тогда медленно, с сумрачным одушевлением раненого, взирающего на свою рану одновременно взглядом врача и больного, он подошёл к той «Женщине с книгой», которую сотворил сам, вручив ей все надежды на избавление. (59)Он увидел некоторую натянутость её позы. (60)Он всмотрелся в наивные недочёты, в плохо скрытое старание, которым хотел возместить отсутствие точного художественного видения. (61)Она была относительно хороша, но существенно плоха рядом с Леданом. (62)С мучением и тоской, в свете высшей справедливости, которой не изменял никогда, он признал бесспорное право Ледана делать из мрамора, не ожидая благосклонного кивка Стерса.
(63)3а несколько минут Геннисон прожил вторую жизнь, после чего вывод и решение могли принять только одну, свойственную ему, форму. (64)Он взял каминные щипцы и тремя сильными ударами обратил свою модель в глину, — без слёз, без дикого смеха, без истерики, — так толково и просто, как уничтожают неудавшееся письмо.
(По А. Грину*)
Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.
Среди предложений 17-22 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи союза, личного и притяжательного местоимений. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).
Прочитайте текст и выполните задания 23-27.
(1)Андрей родился и рос в Калуге. (2)На окраине стоял бревенчатый просторный дом. (3)Запах смолы не выветривался, не уходил из него, хотя брёвна, из которых он был сложен, были очень старые.
(4)Когда приходила весна, весь дом наполнялся запахами земли, листвы, сада. (5)Комнаты были прохладные, полы крашеные, чисто вымытые, а в раскрытые окна бежал ветер.
(6)И теперь, когда Андрей стал взрослым, каждая новая весна несла ему эти незабываемые запахи его детства — земли, травы, ветра.
(7)Всё в мире открывала Андрею мать.
(8)«Послушай, как тихо», — говорила она. (9)И он понял, что тишину можно слушать.
(10)«Не зажигай света, посидим так», — просила она. (11)И он узнал, как хорошо посумерничать и помолчать вдвоём.
(12)Однажды поздней осенью они шли по лесу, по жёлтым лесным дорожкам. (13)Только выпал первый снег — тонкий, редкий, словно не снег, а изморось. (14)И вдруг мама сказала:
— Посмотри, берёзовые листья как золотые пятаки на снегу. (15)Верно? (16)А кленовые — как будто след птичьей лапки. (17)А вот дубовый, распластанный, погляди.
— (18)Как след медведя! — сказал Андрей. (19)Мать ответила радостным смехом:
— Да, да! (20)Как будто медведь прошёл!
(21)Да, видеть это, радоваться этому тоже научила его она.
(22)Он не мог бы рассказать, как она воспитывала его, он и не знал, что его «воспитывают». (23)Однажды, вернувшись из школы, он сказал:
— Мама, Елена Фёдоровна говорит: «Москвин, ты ведёшь себя примерно, я поручаю тебе после уроков приносить мне фамилии ребят, которые плохо ведут себя на перемене». (24)Что же мне делать? (25)Не стану я записывать.
(26)Мать ответила:
— Отчего же? (27)Пиши! (28)Да только всегда одну фамилию — свою собственную.
(29)Андрею стало весело — в самом деле, как хорошо и просто она придумала.
(30)А в другой раз было так. (31)Мать работала в саду — она сама выращивала цветы: ранней весной — незабудки, анютины глазки, летом — розы и флоксы, осенью — астры и георгины.
(32)Вернувшись из городского сада, где он играл с ребятами в казаки-разбойники, Андрей стоял и задумчиво глядел, как, сидя на корточках, она копается в земле. (33)Оба молчали.
(34)И вдруг, вскинув на него глаза, она спросила с мягкой насмешкой:
— А ты не устал стоять?
(35)Ему было тогда лет семь. (36)Пожалуй, никакой самый беспощадный укор не запечатлелся бы в его памяти так глубоко, как эти насмешливые слова.
(37)Однажды она рассказала Андрею историю английского капитана Скотта, который открыл Южный полюс на пятнадцать дней позже норвежца Амундсена. (38)Андрея долго не оставляла мысль о том, как они шли обратно — пятеро друзей по снежной пустыне на отяжелевших лыжах, обманутые в своей надежде, в своей мечте. (39)Подумать только: опоздать на пятнадцать дней!
(40)Он видел капитана, который, лёжа в палатке, окоченевшей рукой выводил на бумаге последние слова друзьям и родным. (41)Их нашли мёртвыми. (42)Кажется, через год. (43)Они лежали так, как их застала смерть, — обманутые, обессиленные, но не сдавшиеся. «(44)Тогда не было самолётов, — думал Андрей. — (45)Я бы сел на самолёт и полетел бы к ним. (46)Я приземлился бы и — вот она, палатка, я бегу, бегу туда, ноги вязнут в снегу…»
— (47)Капитан Скотт, — говорил он дрогнувшим голосом, — вы спасены! (48)Я советский лётчик! (49)Я прилетел за вами!
— (50)Как я рад! — отвечала за капитана Скотта мама. (51)Этот ответ казался Андрею легкомысленным, он ожидал слов более высоких, красивых, торжественных, а всё же он радовался, что она так быстро, так легко вошла в игру, не придирается, не говорит: «Тогда ещё не было советских лётчиков», — нет, ей ничего не надо объяснять.
— (52)Помогите моим друзьям, — говорит она. — (53)Они вели себя мужественно!
(54)Да, да! (55)Именно так должен был отвечать капитан! (56)Первое его слово не о себе — о друзьях!
(57)И Андрей давал отважным исследователям лекарства, сажал их в самолёт, и они летели высоко над бескрайней снежной равниной.
(58)Проснувшись утром, Андрей слышал:
— Здравствуй, милый!
(59)Так говорила она и проводила рукой по его щеке. (60)И звук этого голоса он вызывал в своей памяти всякий раз, когда ему бывало трудно, уже много времени спустя после её смерти. (61)«Здравствуй!» — это слово означало, что начинался день, что они будут вместе. (62)И сейчас, уже взрослым, увидев чашку с молоком, он вспоминал ту, белую в красных горошинах чашку, которая ждала его когда-то на кухонном столе. (63)Придя из школы, он останавливался у порога и переобувался, чтобы не наследить в комнатах. (64)И горячая плита, и потрескиванье дров, и чашка с молоком, и простое слово «Здравствуй!» — всё это наполняло его ощущением покоя.
(По Ф. А. Вигдоровой*)
* Фрида Абрамовна Вигдорова (1915–1965) – советская писательница, журналист.
Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.
Среди предложений 5-10 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи союза и однокоренных слов. Напишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).
(1)Ещё падёт обвинение на автора со стороны так называемых патриотов, которые спокойно сидят себе по углам и занимаются совершенно посторонними делами, накопляют себе капитальцы, устраивая судьбу свою за счёт других; но как только случится что-нибудь, по их мнению, оскорбительное для Отечества, появится какая-нибудь книга, в которой скажется иногда горькая правда, они выбегут со всех углов, как пауки, увидевшие, что запуталась в паутину муха, и подымут вдруг крики: «Да хорошо ли выводить это на свет, провозглашать об этом? (2)Ведь это всё, что ни описано здесь, это всё наше, — хорошо ли это? (3)А что скажут иностранцы? (4)Разве весело слышать дурное мнение о себе? (5)Думают, разве это не больно? (6)Думают, разве мы не патриоты?»
(7)На такие мудрые замечания, особенно насчёт мнения иностранцев, признаюсь, ничего нельзя прибрать в ответ. (8)А разве вот что: жили в одном отдалённом уголке России два обитателя. (9)Один был отец семейства, по имени Кифа Мокиевич, человек нрава кроткого, проводивший жизнь халатным образом. (Ю)Семейством своим он не занимался; существование его было обращено более в умозрительную сторону и занято следующим, как он называл, философическим вопросом: «Вот, например, зверь», говорил он, ходя по комнате: «зверь родится нагишом. (И)Почему же именно нагишом? (12)Почему не так, как птица, почему не вылупливается из яйца? (13)Как, право, того: совсем не поймёшь натуры, как побольше в неё углубишься!» (14)Так мыслил обитатель Кифа Мокиевич.
(15)Но не в этом ещё главное дело. (16)Другой обитатель был Мокий Кифович, родной сын его. (17)Был он то, что называют на Руси богатырь, и в то время, когда отец занимался рождением зверя, двадцатилетняя плечистая натура его так и порывалась развернуться. (18)Ни за что не умел он взяться слегка: всё или рука у кого-нибудь затрещит, или волдырь вскочит на чьём-нибудь носу. (19)В доме и в соседстве всё, от дворовой девки до дворовой собаки, бежало прочь, его завидя; даже собственную кровать в спальне изломал он в куски. (20)Таков был Мокий Кифович, а впрочем, он был доброй души.
(21)Но не в этом ещё главное дело. (22)А главное дело вот в чём: «Помилуй, батюшка барин, Кифа Мокиевич, — говорила отцу и своя, и чужая дворня, — что это у тебя за Мокий Кифович? Никому нет от него покоя, такой припертень!» — (23)«Да, шаловлив, шаловлив, — говорил обыкновенно на это отец, — да ведь как быть: драться с ним поздно, да и меня же все обвинят в жестокости; а человек он честолюбивый: укори его при другом-третьем, он уймётся, да ведь гласность-то — вот беда, город узнает, назовёт его совсем собакой. (24)Что, право, думают, мне разве не больно, разве я не отец? (25)Что занимаюсь философией, да иной раз нет времени, так уж я и не отец? (26)Ан вот нет же, отец, отец, чёрт их побери, отец! (27)У меня Мокий Кифович вот тут сидит, в сердце!» (28)Тут Кифа Мокиевич бил себя весьма сильно в грудь кулаком и приходил в совершенный азарт. — (29)«Уж если он и останется собакой, так пусть же не от меня об этом узнают, пусть не я выдал его». (30)И, показав такое отеческое чувство, он оставлял Мокия Кифовича продолжать богатырские свои подвиги, а сам обращался вновь к любимому предмету, задав себе вдруг какой-нибудь подобный вопрос: «Ну, а если бы слон родился в яйце, ведь скорлупа, чай, сильно бы толста была, пушкой не прошибёшь; нужно какое-нибудь новое огнестрельное орудие выдумать».
(31)Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули в конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно за обвинение со стороны некоторых горячих патриотов, до времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями на счёт сумм нежно любимого ими Отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное. (32)Но нет, не патриотизм и не первое чувство суть причины обвинений, другое под ними. (33)К чему таить слово? (34)Кто же, как не автор, должен сказать свят (35)Вы боитесь глубоко-устремлённого взора, вы страшитесь сами устремить на глубокий взор, вы любите скользнуть по всему недумающими глазами. (36)Вы посмеётесь даже от души над Чичиковым, может быть, даже похвалите автора, скажете: «Однако ж кое-что он ловко подметил, должен быть весёлого нрава человек!» (37)И после таких слов с удвоившеюся гордостью обратитесь к себе, самодовольная улыбка покажется на лице вашем, и вы прибавите: «А ведь должно согласиться, престранные и пресмешные бывают люди в некоторых провинциях, да и подлецы притом немалые!» (38)А кто из вас, полный христианского смирения, не гласно, а в тишине, один, в минуты уединённых бесед с самим собой, углубит во внутрь собственной души сей тяжёлый запрос: «А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?» (39)Да, как бы не так! (40)А вот пройди в это время мимо его какой-нибудь его же знакомый, имеющий чин ни слишком большой, ни слишком малый, он в ту же минуту толкнёт под руку своего соседа и скажет ему, чуть не фыркнув от смеха: «Смотри, смотри, вон Чичиков, Чичиков пошёл!» (41)И потом, как ребёнок, позабыв всякое приличие, должное званию и летам, побежит за ним вдогонку, поддразнивая сзади и приговаривая: «Чичиков!»
(По Н.В. Гоголю*)
* Николай Васильевич Гоголь (1809-1852) — великий русский писатель, драматург, критик, публицист, классик русской литературы.
Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите все номера ответов.