Русский ЕГЭ - банк заданий - страница 401
Вопросы
Из предложений 40-48 выпишите слово высокого стиля со значением «основываться на чем-нибудь, опираться на что-нибудь».
Среди предложений 37-45 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения и однокоренных слов. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).
Прочитайте текст и выполните задания 23-27.
(1) Много лет назад расхаживал я по Петрограду с липовым документом в кармане. (2) Собственность мою в ту пору составляли несколько рассказов — столь же коротких, сколь и рискованных. (3) Рассказы эти я разносил по редакциям, никому не приходило в голову читать их, а если они кому-нибудь попадались на глаза, то производили обратное действие. (4) Редактор одного из журналов выслал мне через швейцара рубль, другой редактор сказал о рукописи, что это сущая чепуха. (5) Я понял, что мне не остаётся ничего другого, как пойти к Горькому.
(6) В Петрограде издавался тогда журнал «Летопись», сумевший за несколько месяцев существования сделаться лучшим нашим ежемесячником. (7) Редактором его был Горький. (8) Я отправился к нему на Большую Монетную улицу. (9) Сердце колотилось и останавливалось.
(10) Приём должен был начаться в шесть часов. (11) Ровно в шесть дверь открылась, и вошёл Горький. (12) Посетители в приёмной разделялись на принёсших рукописи и на тех, кто ждал решения участи. (13) Горький подошёл ко второй группе. (14) В руках он держал тетради; на некоторых из них его рукой было написано больше, чем рукой автора. (15) С каждым он говорил сосредоточенно и долго, слушал собеседника с всепоглощающим жадным вниманием. (16) Мнение своё он высказывал прямо и сурово, выбирая слова, силу которых мы узнали много позже, через годы и десятилетия, когда слова эти, прошедшие в душе нашей длинный, неотвратимый путь, сделались правилом и направлением жизни. (17) Покончив с авторами, уже знакомыми ему, Горький подошёл к нам и стал собирать рукописи. (18) Мельком он взглянул на меня. (19) Дело происходило во вторник. (20) Горький взял тетрадку и сказал:
— За ответом — в пятницу.
(21) Неправдоподобно звучали тогда эти слова. (22) Обычно рукописи истлевали в редакциях по нескольку месяцев, а чаще всего вечность. (23) Я вернулся в пятницу. (24) Горький снова посмотрел на меня беглым, мгновенным взглядом и позвал в кабинет. (25) Слова, сказанные им там, решили мою судьбу.
— (26) Гвозди бывают маленькие, — сказал он, — бывают и большие — с мой палец. — (27) И он поднёс к моим глазам длинный, сильно и нежно вылепленный палец. — (28) Писательский путь усеян гвоздями, преимущественно крупного формата. (29) Ходить по ним придётся босыми ногами, крови сойдёт довольно, и с каждым годом она будет течь всё обильнее. (30) Честному человеку, честному литератору пройти по этой дороге — великая честь, на каковые нелёгкие действия я вас, сударь, и благословляю.
(31) Надо думать, в моей жизни не было часов важнее тех, которые я провёл в редакции «Летописи». (32) Выйдя оттуда, я полностью потерял физическое ощущение моего существа. (33) В тридцатиградусный, обжигающий мороз я бежал в бреду по улицам города, открытым далёкому тёмному небу, и опомнился, когда оставил за собой Чёрную Речку и Новую Деревню.
(34) Прошла половина ночи, и тогда только я вернулся в комнату, снятую накануне. (35) Я стоял в передней, чему-то улыбался и неожиданно для себя открыл дверь в столовую. (36) Семья, у которой я снял комнату, пила чай. (37) Я сознался в том, что Максим Горький обещал напечатать мои рассказы.
— (38) Я прочту вам мои рассказы, — сказал я, усаживаясь и придвигая к себе чужой стакан чая, — те рассказы, которые он обещал напечатать.
(З9) Алексей Максимович жил тогда на Кронверкском проспекте. (40) Я приносил ему всё, что писал, а писал я по одному рассказу в день (от этой системы мне пришлось впоследствии отказаться, с тем чтобы впасть в противоположную крайность). (41) Горький всё читал, всё отвергал и требовал продолжения. (42) Наконец мы оба устали, и он сказал мне глуховатым своим басом:
— С очевидностью выяснено, что ничего вы, сударь, толком не знаете, но догадываетесь о многом. (43) Ступайте посему в люди.
(44) И я проснулся на следующий день корреспондентом одной неродившейся газеты, с двумястами рублен подъёмных в кармане. (45) Газета так и не родилась, но подъёмные мне пригодились. (46) Через семь лет я сделал вторую попытку печататься и получил от него записку: «Пожалуй, можно начинать».
(47) И снова, страстно и непрерывно, стала подталкивать меня его рука. (48) Это требование — увеличивать непрестанно и во что бы то ни стало число нужных и прекрасных вещей на Земле — он предъявлял тысячам людей, им отысканных и взращённых, а через них и человечеству. (49) Им владела не ослабевавшая ни на мгновенье, невиданная, безграничная страсть к человеческому творчеству. (50) Он страдал, когда человек, от которого он ждал много, оказывался бесплоден. (51) И счастливый, он потирал руки и подмигивал миру, небу, земле, когда из искры возгоралось пламя.
(По И.Э. Бабелю*)
* Исаак Эммануилович Бабель (1894-1940) — русский советский писатель, переводчик, сценарист, драматург, журналист.
Какие из высказываний соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.
Среди предложений 6-9 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи притяжательного местоимения. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).
Прочитайте текст и выполните задания 23-27.
(1) В дни зимних вьюг, когда вся земля, всё на земле: дома, деревья — тряслось, выло, плакало, скука вливалась в мастерскую волною, тяжкой, как свинец, давила людей, умерщвляя в них всё живое.
(2) Трезвый, Капендюхин неутомимо издевался над Ситановым, высмеивая его страсть к стихам и его несчастный роман, грязно, но безуспешно возбуждая ревность.
(3)Ситанов слушал издёвки казака молча, безобидно, а иногда даже сам смеялся вместе с Капендюхиным.
(4) Спали они рядом и по ночам долго шёпотом беседовали о чём-то.
(5) Эти беседы не давали мне покоя: хотелось знать, о чём могут по-дружески говорить люди, так непохожие один на другого? (6)Но, когда я подходил к ним, казак ворчал:
— Тебе чего надо?
(7) А Ситанов точно не видел меня.
(8) Но однажды они позвали меня, и казак спросил:
— Максимыч, ежели бы ты был богат, что бы сделал?
— (9) Книг купил бы.
— (10) А ещё?
— (11) Не знаю.
— (12) Эх, — с досадой отвернулся от меня Капендюхин, а Ситанов спокойно сказал:
— Видишь — никто не знает: ни старый, ни малый! (13) Я тебе говорю: и богатство само по себе — ни к чему! (14) Всё требует какого-нибудь приложения...
(15) Я спросил:
— О чём вы говорите?
— (16) Спать неохота, вот и говорим, — ответил казак.
(17) Позднее, прислушавшись к их беседам, я узнал, что они говорят по ночам о том же, о чём люди любят говорить и днём: о Боге, правде, счастье, о глупости и хитрости женщин, о жадности богатых и о том, что вся жизнь запутана, непонятна.
(18) Я всегда слушал эти разговоры с жадностью, они меня волновали, мне нравилось, что почти все люди говорят одинаково: жизнь — плоха, надо жить лучше! (19) Но в то же время я видел, что желание жить лучше ни к чему не обязывает, ничего не изменяет в жизни мастерской, в отношениях мастеров друг ко другу.
(20) Все эти речи, освещая предо мною жизнь, открывали за нею какую-то унылую пустоту, и в этой пустоте, точно соринки в воде пруда при ветре, бестолково и раздражённо плавают люди, те самые, которые говорят, что такая толкотня бессмысленна и обижает их.
(21) Рассуждая много и охотно, всегда кого-нибудь судили, каялись, хвастались и, возбуждая злые ссоры из-за пустяков, крепко обижали друг друга. (22) Пытались догадаться о том, что будет с ними после смерти, а у порога мастерской, где стоял ушат для помоев, прогнила половица, из-под пола в эту сырую, гнилую, мокрую дыру несло холодом, запахом прокисшей земли, от этого мёрзли ноги; мы с Павлом затыкали эту дыру сеном и тряпками. (23) Часто говорили о том, что надо переменить половицу, а дыра становилась всё шире, во дни вьюг из неё садйло, как из трубы, люди простужались, кашляли. (24) Жестяной вертун форточки отвратительно визжал, его похабно ругали, а когда я его смазал маслом, Жихарёв, прислушавшись, сказал:
— Не визжит форточка, и — стало скушней...
(25) Приходя из бани, ложились в пыльные и грязные постели — грязь и скверные запахи вообще никого не возмущали. (26) Было множество дрянных мелочей, которые мешали жить, их можно было легко извести, но никто не делал этого.
(27) Часто говорили:
— Никто людей не жалеет, ни Бог, ни сами себя...
(28) Но когда мы, я и Павел, вымыли изъеденного грязью и насекомыми, умирающего Давидова, нас подняли на смех, снимали с себя рубахи, предлагая нам обыскать их, называли банщиками и вообще издевались так, как будто мы сделали что-то позорное и очень смешное.
(По М. Горькому*)
* Максим Горький (настоящее имя — Алексей Максимович Пешков; 1868-1936) — русский писатель, прозаик, драматург.
Какие из высказываний не соответствуют содержанию текста? Укажите номера ответов.