Банк заданий ЕГЭ по обществознанию
Вопросы
Используя текст, обществоведческие знания и личный социальный опыт, приведите три объяснения связи системы ценностных ориентаций личности с её социальной активностью.
Что такое мировоззрение? Как авторы характеризуют роль мировоззрения в человеческом сознании? (Приведите одну любую характеристику.) Какие два способа освоения мира в сознании человека, по мнению авторов, сочетаются в мировоззрении?
Что автор называет самосознанием? В чём, по его мнению, проявляется социальная обусловленность самосознания? (Укажите любые три проявления.) Как в тексте трактуется причина возникновения самосознания?
Что, по мнению автора, является стержнем экономической жизни общества? Как автор определил роль обмена в общественной жизни? Какая характеристика умелого рабочего приведена в тексте?
В тексте упомянуты ключевые понятия социально-гуманитарных наук.
Используя обществоведческие знания,
— укажите менее трёх основных признаков понятия «деятельность»;
— объясните связь труда с процессами социализации личности. (Объяснение с опорой на текст может быть дано в одном или нескольких распространённых предложениях.)
Примеры каких двух групп потребностей приведены в тексте? (Укажите группу и примеры потребностей.) Используя обществоведческие знания, укажите любую другую группу потребностей и соответствующий пример потребности, удовлетворение которой может быть связано с трудовой деятельностью.
Автор констатирует, что на определённом этапе общественного развития потребности людей оказываются подчинены вкусам, а многообразие желаемого стремится к бесконечности. Используя текст и обществоведческие знания, приведите два позитивных и два негативных последствия этих процессов.
— укажите не менее двух основных характеристик сознания;
— объясните связь любого из указанных в тексте видов обобщённых знаний с формированием личности. (Объяснение может быть дано в одном или нескольких распространённых предложениях.)
Политическая, государственная власть как бы по самой своей природе предназначена для того, чтобы давать жизнь позитивному праву и через систему правоохранительных учреждений, институтов юрисдикции обеспечивать строгую и своевременную реализацию юридических норм и принципов. В рассматриваемой плоскости связь политической, государственной власти с правом — связь органичная, создающая сам феномен права и придающая ему значение реального фактора в жизни общества. Её глубокое значение для права проявляется в двух основных плоскостях: во-первых, в том, что именно государственная власть через свои акты (нормативные, судебные) в условиях цивилизации придает нормам и принципам качества права — прежде всего всеобщую нормативность, возможность строгой юридической определенности содержания регулирования, с более широких позиций качество институционности, а в этой связи — публичного признания и общеобязательности; во-вторых, в том, что именно государственная власть оснащает необходимыми полномочиями и надлежащими средствами воздействия правоохранительные учреждения, органы правосудия, что и даёт значительные гарантии реализации правовых установлений...
...Право, со своей стороны, выступает в отношении власти в виде противоборствующего фактора, направленного на решение «своих», правовых задач и плюс к тому на то, чтобы при достаточно высоком уровне демократического и правового развития общества усмирить, обуздать власть...
С этой целью вырабатываются политико-правовые институты (разделения властей, федерализма, разделения государственной и муниципальной власти и др.), которые препятствуют концентрации власти и превращению её в самодовлеющий фактор. Подобное самоусмирение власти приобретает реальный характер в развитом демократическом обществе, где по существенным содержательным элементам государственная политика и функционирование более или менее развитой юридической системы совпадают. И именно тогда, подчеркну, в развитом демократическом обществе при устойчивом правовом прогрессе, вырабатываются и приобретают реальное значение положения и формулы о «правовом государстве», «верховенстве права», «правлении права». При таком нормальном, «деловом» взаимодействии власти и права, вполне естественном при демократическом общественном и государственном строе, происходит их взаимная притирка и — более того взаимное обогащение. Политическая государственная власть, её носители получают твердый настрой на то, чтобы усмирять и даже обуздывать «себя», свои властные претензии. Со своей стороны, и право, его представители и агенты преодолевают «правовой экстремизм», крайности формализма, другие теневые стороны юридической регламентации человеческих взаимоотношений.
По-иному эта ситуация находит свое разрешение в обществах, где власть перешагнула социально оправданный порог своей концентрации и в содержании власти доминирующее значение приобретают авторитарные стороны и тенденции или, хуже того, власть попадает под эгиду групповых, узкоклассовых или этнических интересов... Здесь происходит деформация права, нередко весьма значительная, которая при неблагоприятных политических условиях вообще превращает право в ущербную юридическую систему, а то и в один лишь фетиш, «маску права», «видимость права», или, по иной терминологии, в «имитационное право»...
(С. С. Алексеев)
Политическая, государственная власть как бы по самой своей природе предназначена для того, чтобы давать жизнь позитивному праву и через систему правоохранительных учреждений, институтов юрисдикции обеспечивать строгую и своевременную реализацию юридических норм и принципов. В рассматриваемой плоскости связь политической, государственной власти с правом — связь органичная, создающая сам феномен права и придающая ему значение реального фактора в жизни общества. Её глубокое значение для права проявляется в двух основных плоскостях: во-первых, в том, что именно государственная власть через свои акты (нормативные, судебные) в условиях цивилизации придает нормам и принципам качества права — прежде всего всеобщую нормативность, возможность строгой юридической определенности содержания регулирования, с более широких позиций качество институционности, а в этой связи — публичного признания и общеобязательности; во-вторых, в том, что именно государственная власть оснащает необходимыми полномочиями и надлежащими средствами воздействия правоохранительные учреждения, органы правосудия, что и даёт значительные гарантии реализации правовых установлений...
...Право, со своей стороны, выступает в отношении власти в виде противоборствующего фактора, направленного на решение «своих», правовых задач и плюс к тому на то, чтобы при достаточно высоком уровне демократического и правового развития общества усмирить, обуздать власть...
С этой целью вырабатываются политико-правовые институты (разделения властей, федерализма, разделения государственной и муниципальной власти и др.), которые препятствуют концентрации власти и превращению её в самодовлеющий фактор. Подобное самоусмирение власти приобретает реальный характер в развитом демократическом обществе, где по существенным содержательным элементам государственная политика и функционирование более или менее развитой юридической системы совпадают. И именно тогда, подчеркну, в развитом демократическом обществе при устойчивом правовом прогрессе, вырабатываются и приобретают реальное значение положения и формулы о «правовом государстве», «верховенстве права», «правлении права». При таком нормальном, «деловом» взаимодействии власти и права, вполне естественном при демократическом общественном и государственном строе, происходит их взаимная притирка и — более того взаимное обогащение. Политическая государственная власть, её носители получают твердый настрой на то, чтобы усмирять и даже обуздывать «себя», свои властные претензии. Со своей стороны, и право, его представители и агенты преодолевают «правовой экстремизм», крайности формализма, другие теневые стороны юридической регламентации человеческих взаимоотношений.
По-иному эта ситуация находит свое разрешение в обществах, где власть перешагнула социально оправданный порог своей концентрации и в содержании власти доминирующее значение приобретают авторитарные стороны и тенденции или, хуже того, власть попадает под эгиду групповых, узкоклассовых или этнических интересов... Здесь происходит деформация права, нередко весьма значительная, которая при неблагоприятных политических условиях вообще превращает право в ущербную юридическую систему, а то и в один лишь фетиш, «маску права», «видимость права», или, по иной терминологии, в «имитационное право»...
(С. С. Алексеев)
