Задание 35481 ЕГЭ по истории

«Необходимо признать, что момент для проведения контрудара 12 июля был выбран неудачно. „Армия вводилась в бой, а мы слабо знали обстановку, которая была на этом участке крайне сложной и напряжённой, — вспоминал А. С. Жадов. — Информация штаба армии о действиях противника и о своих войсках фронтовым командованием была нерегулярной…“ А. С. Жадову вторит Ротмистров П. А.: „Не имея полных данных о группировке противника и его намерениях, утром 12 июля войска Воронежского фронта начали контрудар…“ Это привело к нанесению основного удара в лоб наступающей вражеской группировке, а не флангами, как предполагалось… Не секрет, что Т-34 с трудом противостоял основной машине вермахта Pz-IV, тем более „Тиграм“. На одну треть армия под Прохоровкой состояла из… слабых лёгких танков Т-70, предназначенных для ведения разведки и связи. Их нельзя было использовать в открытом бою против тяжёлых и средних танков противника, любой их снаряд легко уничтожал эти машины… Нетрудно представить, что подобная ситуация не могла привести к разгрому врага, в лучшем случае к срыву наступления противника и значительным потерям… Наши потери на „танковом поле“ только по нашим данным превысили немецкие в 3 раза…»

«Необходимо признать, что момент для проведения контрудара 12 июля был выбран неудачно. „Армия вводилась в бой, а мы слабо знали обстановку, которая была на этом участке крайне сложной и напряжённой, — вспоминал А. С. Жадов. — Информация штаба армии о действиях противника и о своих войсках фронтовым командованием была нерегулярной…“ А. С. Жадову вторит Ротмистров П. А.: „Не имея полных данных о группировке противника и его намерениях, утром 12 июля войска Воронежского фронта начали контрудар…“ Это привело к нанесению основного удара в лоб наступающей вражеской группировке, а не флангами, как предполагалось… Не секрет, что Т-34 с трудом противостоял основной машине вермахта Pz-IV, тем более „Тиграм“. На одну треть армия под Прохоровкой состояла из… слабых лёгких танков Т-70, предназначенных для ведения разведки и связи. Их нельзя было использовать в открытом бою против тяжёлых и средних танков противника, любой их снаряд легко уничтожал эти машины… Нетрудно представить, что подобная ситуация не могла привести к разгрому врага, в лучшем случае к срыву наступления противника и значительным потерям… Наши потери на „танковом поле“ только по нашим данным превысили немецкие в 3 раза…»